— Но на это уйдёт не один год.
— Вот и хорошо. Не будем торопиться.
Жрец удивлённо смотрел на властителя.
— Вы с чем-то не согласны?
— Нет-нет, я согласен! Вы правы! Такая книга нужна! Я готов даже пожертвовать своими истинами, если они подойдут...
— Нет, они должны быть проще! — загоревшись, перебил самодержец. — Без всяких загадок! Должно быть написано примерно так: «Если у тебя две лепёшки и ты собрался их съесть, чтобы набраться сил, но рядом с тобой голодает твой ближний, поделись с ним, и Атон вознаградит тебя, ибо доброе дело всегда вознаграждается». Я, конечно же, говорю плохо, но ты изложишь это красиво, тонко, поэтично, однако не затуманивая смысла. Необходимо также написать ряд молитв в честь Атона, простых, искренних и понятных каждому. Ты согласен со мной?
Шуад кивнул.
— Ну вот и хорошо. Я даже готов освободить вас от поста главного жреца храма Амона-Ра. Неферт несколько раз предлагал это мне со всякими нелестными для вас доводами, но я не обращал на них внимания, но сейчас я бы хотел, чтобы ничто не мешало вашей работе. Вы будете всем обеспечены, как мой наставник и учитель, и я бы желал только одного, чтобы как можно скорее эта работа была тобой закончена. Как, не будешь возражать?
— Нет! — помедлив, твёрдо ответил жрец. — Надоел мне своими заботами Неферт! Хоть рожу его противную видеть не буду! А то замучил он меня своими глупыми рассуждениями!
— Тогда договорились! Будем время от времени встречаться. Вы будете извещать меня, как идёт работа. Мы должны сделать всё, чтобы новый бог полюбился всем!
Шуад поклонился. Их взгляды на мгновение встретились, и жрец неожиданно увидел перед собой не мальчика, а молодого крепкого мужа, знающего, чего он хочет.
Сыновья Иафета уехали через три дня. Илия одарил их повозкой зерна и приказал своим слугам тайно положить на дно их мешков всё привезённое ими серебро.
— Если вы вздумаете приехать снова, то я бы хотел, чтобы вы привезли младшую сестру Дебору, — сухо сказал им на прощание первый царедворец. — Приедете без неё, не получите и горсти зерна. Вам понятны мои условия?
Иуда покорно склонил голову, мечтая лишь об одном: поскорее выбраться из Фив. На первой же стоянке, помолов немного зерна и пожарив лепёшки, они открыли свои мешки, и каждый нашёл в своей торбе по серебряному блюду и сосуду. Когда братья собрали их вместе, то оказалось, что всё зерно каким-то чудом им досталось бесплатно.
— Нехорошо, если первый царедворец обнаружит, что мы забрали всё серебро обратно, — обеспокоенно проговорил один из братьев. — Может быть, отвезти его в Фивы?
— Он сам отдал его нам, — подумав, сказал Иуда.
Братья удивлённо посмотрели на него.
— Но зачем?
— Если б я мог объяснить поступки этого странного человека, то давно бы объяснил, но я сам не понимаю. Ведаю лишь, что он очень хочет, чтобы мы вернулись и привезли с собой Дебору. Может быть, тогда он и назначит всем нам наказание, — жуя горячую лепёшку и запивая её водой, побледнев, вымолвил Иуда.
— Но почему?! — в голос воскликнули братья.
— Если б знать, если б знать, — нахмурившись, вздохнул Иуда, теребя курчавую бороду.
Перед отъездом ему приснилось, что он превратился в рыбу и сразу же попал в сети. Он уже услышал потрескиванье костра, шипение масла на большой сковороде. Он забился изо всех сил, понимая, что через мгновение будет зажарен и съеден, но чьи-то крепкие пальцы впились в его жабры и не выпускали. Пахнуло горьким дымком, рот опалила горячая пелена воздуха, идущая от костра, пальцы разжались, он полетел, предчувствуя скорый конец, и проснулся. Прошла неделя, но страшный сон не отпускал. Вот и сейчас он нечаянно вспомнился, и сердце тревожно сжалось: Иуда знал, что возвращаться всё равно придётся.
Часть вторая
УГОДНЫЙ АТОНУ
1
Прошло ещё пять лет, прежде чем Аменхетеп решился объявить своим подданным имя одного главного бога — Атона. Почти столько же времени потребовалось на то, чтобы Шуад написал наконец «Книгу истин Атона», а верные слуги фараона нашли удобное место для возведения нового центра всей державы и начали потихоньку его строительство. Властитель пожелал, чтобы новый город располагался обязательно на Ниле и где-то посредине между старой столицей, Мемфисом, и Фивами. И такой береговой изгиб, удобный для строительства города, был найден в трёхсот километрах от Фив. Властитель сам съездил на местах будущей стройки, прошёлся вдоль воды. Нил делал поворот, образуя большую бухту с несколькими островами рядом с берегом. Начиналось утро. Голубые краски небесного океана медленно перетекали в зелёные и опаловые тона, а огромный красный диск солнца, напоминавший чем-то праздничный выезд бога Атона на огненной колеснице, поднимался на небосклоне. Зрелище настолько захватило самодержца, что несколько мгновений он стоял не шелохнувшись.