Делать тут больше было нечего, и надо было уезжать. Задуманное не удалось — ни главные москвичи, ни Борька в западню не полезли, отправили мелких сошек. Но, с другой стороны, тоже получилось неплохо. Мы оставили «гостей» без боевиков, так что теперь можем попытаться взять их даже в поселке. Единственный настоящий противник был тот четвертый спец. Но каким бы он ни был воякой, он был один, а нас целая Семья, и мы были дома.
Глава 35
В Подгорное добрались без происшествий. Захваченных отправили в уже обжитое место, в сарай Наиканчина. Завтра я планировал вывезти их в город и отправить в Рязань. Никакой ненависти к ним я не испытывал, наемники есть наемники. Пусть едут, и их командиры пусть сами разбираются с Москвой.
Чтобы показать, что у них ничего не вышло с моим захватом, я приказал пригнать арендованный грузовик к дому дядьки и оставить у ворот. Пусть губы кусают, может, со зла где-нибудь проколются. Наблюдение я усилил, не хотел, чтобы москвичи сбежали. Надо все-таки выяснить до конца, кто виноват в гибели Росомахи.
Мы сидели на кухне. Я, Наиканчин и отец. Мама суетилась у плиты, накладывая нам пельмени. Поставила пред всеми дымящиеся тарелки и тоже присела рядом со мной.
— Еште, заслужили, — улыбнулась она. Я видел, что наконец мама успокоилась. Сейчас она выглядела совсем не так, как когда я уезжал сидеть в избушку. Тогда она ни разу не улыбнулась и даже лицом потемнела.
Отец посмотрел на меня, потом на шамана и предложил:
— Может, по маленькой? Под пельмени сам бог велел.
Наиканчин глянул на меня и ответил:
— Я не против. Как ты, Коля?
Я подумал, что расслабиться немного не помешает. А то в постоянном напряжении. Не должно все закрутиться прямо сейчас. Поэтому поддержал:
— Да, понемногу можно. Только не твой самогон. Лучше мое. Сейчас я принесу.
У меня в комнате, в шкафу стояло несколько бутылок хорошего коньяка и виски. Однако отец сразу отказался:
— Не, Колька, твою вонючую бурду мы пить не будем. Раз не хочешь первак, давай выпьем водочки.
Я махнул рукой, не желая обижать отца.
— Хорошо, давай водку.
Отец достал из холодильника бутылку, ловко открыл и разлил по граненым стопкам, которые мать уже поставила перед нами. Он первым поднял рюмку, дождался, когда мы тоже взяли, и начал говорить:
— Давайте за то, чтобы…
Однако дослушать тост мы не успели. У меня в кармане настойчиво заиграл мой новый смартфон. Я вынул телефон и удивленно вытаращил глаза — на экране высветился номер Борьки.
— Алло, — ответил я после небольшой паузы. — Слушаю.
— Что, сука, думаешь, победил?! — Борька орал так, что услышали все. Они уставились на меня, ожидая, что я отвечу.
— Ты о чем, Борька? — Я постарался сбить его накал и потянуть время. — Я не понял.
— Не пи…! — смачно выругался брат. — Все ты понял, сученыш. Ты всегда во всем делал мне подлянки и теперь окончательно хочешь меня добить. Ни х… у тебя не выйдет! Я все равно тебя закопаю!
Из динамика лился поток такой концентрированной ненависти, что я даже отодвинул телефон, мне казалось, что он жжет ухо. У отца отвисла челюсть, мать контролировала себя лучше, но и у нее глаза расширились от удивления. Лишь Наиканчин никак не выразил свои эмоции, он, задумчиво глядя в свою тарелку, перемешивал ложкой пельмени.
— Борька, — наконец смог вставить я. — Ты что, пьяный? Что ты такое говоришь? Ты хоть мне звонишь? Это Колька, брат твой.
— Тебе, тебе я звоню, сучонок, всеобщий любимец. И слушай меня внимательно, я повторять не буду. Твоя подружка, Саша, — на ее имени он как-то странно всхлипнул, но тут же выправился, — находится у меня. Если хочешь увидеть ее живой и здоровой, приходи к нам. Но только один, без всяких твоих орочонов, и без оружия. Все! Я жду полчаса, потом ей конец.
— Подожди, подожди! — закричал я. Но в трубке равнодушно звучал отбой.
Я вскочил и бросился в комнату. Надо срочно идти туда! Там Саша!
Цепкая рука поймала меня сзади за футболку.
— Сядь! — голос Наиканчина прозвучал как удар хлыста. Я невольно подчинился.
— Куда собрался? — Шаман твердо смотрел мне в глаза. — К Борьке хочешь бежать? Жить надоело?
Я не стал говорить, что мне нахрен не нужна жизнь, если в ней не будет моей Саши. Вместо этого я внезапно охрипшим голосом выдал:
— Убью Борьку…
— Коля, не торопись. — Мама погладила меня по плечу. — Роман Иваныч прав. Этот сумасшедший просто убьет тебя. Сейчас что-нибудь придумаем.