Я свернул в переулок, ведущий на улицу Геологов, проехал немного и остановился — надо было решить, куда едем сначала. Вечером, после того как я сказал Наиканчину про наши планы на ночь, он подсказал нам два адреса. По его информации, возможно, туда перебазировались китайцы из дома, в гараже которого они держали меня. Он посоветовал проехаться мимо, посмотреть — жизнь штука непредсказуемая, вдруг повезет, увижу знакомое лицо.
Я, конечно, сначала хотел сделать свои дела — наведаться к Петьке и дать задание ему, но один из адресов был совсем рядом, надо просто проехать по этому же переулку дальше, свернуть на улицу Первомайскую и проехать еще метров двести. Займет максимум минут десять, а назад ведь могу возвращаться другим путем, и придется кружить. Я решил, что десять минут ничего не решают, а одно дело уже будет сделано. Поэтому, не обращая внимания на удивленный взгляд Мишки, проехал поворот на улицу Геологов и поехал дальше. На выезде на Первомайскую быстро сориентировался, в какую сторону будет номер нужного дома, и вывернул вправо.
За все то время, что мы уже провели в Подгорном, на ночных улицах не появилась ни одна машина, не прошел ни один человек. Мы проехали мимо нужного дома — высокий плотный забор, за ним выглядывает только крыша большого дома. Никого. Раньше, мне помнится, здесь стояла старая изба с почерневшим забором, правда, кто здесь жил, я так и не вспомнил. Тот дом снесли и построили этот новый, большой. Я уже собирался разворачиваться, когда увидел в зеркале свет фар — из того же переулка, откуда въехали мы, появилась машина. Я остановился, чтобы пропустить ее, но она остановилась как раз у того нового дома. Блин, неужели повезло? Я сразу развернулся и медленно поехал в обратную сторону. У машины что-то происходило — водитель вышел сразу и сейчас, похоже, вытаскивал с заднего сиденья пассажира. Когда мы были уже почти рядом, ему это удалось — хотя пассажир явно не хотел вылезать и сопротивлялся.
— Пьянющий, — сразу определил его состояние Мишка. — Наверное, не допил и хочет продолжения банкета.
— Похоже, — согласился я.
Ничего интересного в этом не было, обычная жизнь поселка. Где-то гуляли, потом тот, кто трезвей, развозит остальных по домам. Я потерял интерес и уже хотел набрать скорость, но тут свет фар на секунду выхватил лицо водителя. Я чуть не ударил по тормозам — это был тот самый китаец-подросток, который сначала бил меня в гараже, а потом на бурхане хотел окончательно прервать мой бренный путь.
— Сука! Это тот китаец, который сбежал с бурхана.
Мишка среагировал мгновенно.
— Тормози!
Еще не поняв, что он хочет предпринять, я автоматически нажал на педаль тормоза. Мишка выпрыгнул почти на ходу и бросился к парочке. В руке эвенка блеснул нож. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.
Все произошло в какие-то секунды, я не успел. Короткий вскрик, и мой дружок отлетел в сторону — пьяный завалился прямо на дорогу, а маленький китаец рванул вдоль улицы. Он пробежал метров десять, потом подпрыгнул, зацепился за край забора — миг, и только его ноги мелькнули в воздухе. Китаец исчез за забором нового дома.
Я выругался. У этого китаезы феноменальная способность слинять в нужный момент. Черт с ним, я бросился к Мишке. Тот уже поднимался.
— Ни хрена себе, — пробормотал он, тряся головой. — Он что меня, ломом ударил?
Я вспомнил железные кулаки этого «подростка», действительно, его удары были похожи на удары ломом. Я подал эвенку руку и помог подняться.
— Как ты?
— Да все нормально, сейчас отойду, — ответил он, сплевывая кровь.
Потом поднял отлетевший нож и пошел к барахтавшемуся на дороге пьяному. Я тоже присел возле него и перевернул. Это тоже был китаец — хотя вел он себя совершенно по-нашему: пытался подняться, сверкал глазами, бормотал и иногда выкрикивал ругательства. То, что это именно ругань, было понятно без перевода — матерился он на едва узнаваемом русском. Решение пришло ко мне спонтанно, я даже не думал делать этого, когда бежал сюда.