Вот это было очень кстати, если пистолет теперь потерял свою важность, зато ценность телефона возросла, сейчас может понадобиться любой человек, а все номера у меня там.
— Ну, вот, дело сделано — воз покатился.
Наиканчин потер руки. Он явно оживился, мне показалось, что предстоящее дело его заводит.
— Теперь нам надо хорошенько обдумать, что мы хотим получить от этой встречи. — Он взглянул на меня и улыбнулся. — Извини, ты хочешь.
Я не удивился оговорке шамана, уже давно стало ясно, что он взялся за дело, как за свое собственное, и мне это было на руку. Единственное, что меня беспокоило, — это то, что этот странный орочон попросит взамен. В альтруистическую помощь просто так, лишь потому, что я друг Мишки, я не верил. Может, раньше это было и возможно, но сейчас мир изменился, и все стало иметь свою цену. И чаще всего в деньгах.
— В первую очередь я хочу освободить Курагиных. Это главная и первая цель. Вторая цель — я хочу разобраться, наконец, кто на самом деле убил дядьку. А по большому счету, я хочу показать хунхузам их место. Если уж их теперь невозможно выкинуть вообще из тайги, то они должны помнить, что это мы здесь хозяева, а они гости. Ну и, конечно, я хочу отомстить за то, что они, суки, делали со мной. Но это не обязательно сейчас, я очень хорошо все помню и достану виновных обязательно. Хоть через десять лет.
— Коля, сколько тебе лет?
— Почти двадцать один. Зачем вам?
Неужели будет намекать, что я молод, чтобы решать такие вопросы. Я уже внутренне напрягся, намереваясь дать отпор. Мне это не нравилось, сам я себя считаю вполне самостоятельным и способным решать любые вопросы.
— Да это я так, для себя. Просто я думаю, что если в двадцать лет ты так ставишь приоритеты, то ты далеко пойдешь. Обычно молодые в первую очередь хотят отомстить за свои обиды.
Колючка в моей душе сразу растаяла. Что ни говори, а приятно, когда тебя так оценивают.
Нашу беседу прервала мелодия «Турецкого марша» Моцарта, телефон вибрировал в моей куртке, висевшей у двери. До меня сразу дошло, кто мог позвонить на мобильник, что дал мне Петруха. Я бросился к двери, достал телефон и убедился, что прав — на мое «алло» в трубке зазвучал голос самого Петьки.
— Коля, я еду уже в Маликовском. Блин, похоже, заблудился, объясни еще раз, как к тебе добраться. Я возле столовой, где почта.
— Привет, Петруха, ты не заморачивайся. Езжай прямо к кладбищу, объедешь его с правой стороны, и там у самого леса стоит один дом. Мы выйдем, увидишь.
Я вернулся к столу.
— Роман Иваныч, подожди пять минут, сейчас я свой телефон заберу и вернусь.
— Хорошо. Но сделаем не так. Не забывай, что ты теперь на войне.
Он повернулся к Мишке.
— Миша, возьми «Сайгу» и прикрой его. Мало ли кого могут на хвосте притащить. От Линя можно ожидать всего, это вам не простой хунхуз. Я тоже возьму дробовичок и выйду, посижу у ворот. Вдруг понадобится.
Все-таки он его знает, этого Линя, отметил я у себя в памяти, надо как-то разговорить его про это. Мне совсем не помешает узнать про врага побольше. В свете разговоров про опасность я тоже решил перестраховаться и сунул сзади за ремень трофейный пистолет. Попробовал, как я смогу идти — нормально, бежать нельзя, выпадет, а идти можно. Однако все предосторожности оказались лишними — Петька подъехал один. Я не стал его долго держать, забрал пакет с деньгами от матери, пакет с «Макаровым» и айфон.
— Отдать тебе деньги? — спросил я.
— Прекрати, — отказался он. — Тебе сейчас нужнее. Как разберешься со всем, отдашь.
Деньги действительно могли понадобиться в любой момент, и я не стал настаивать.
— Спасибо, Петруха, выручил. Все это добро мне очень нужно сейчас, особенно связь.
Ты сейчас давай езжай обратно в Подгорное и никуда в ближайшие дни не дергайся, можешь срочно понадобиться.
— Хорошо, — сразу согласился он. И все-таки не удержался, спросил то, о чем, наверное, думают сейчас все в семье. — Коля, может, ты знаешь, кто теперь будет старшим?
Я бы и сам многое отдал, чтобы узнать это. Вместо ответа я развел руками. Потом объяснил:
— Прости, Петруха, знал бы, хотя бы намекнул тебе. Пока сам не в курсе. Но не переживай, в самые ближайшие дни все будет известно.
Как только он отъехал, я посмотрел на часы — уже десятый час! Блин, время летит со скоростью света, а мы еще и не спали сегодня. Я включил мобильник и набрал маму.
— Коля, это ты?
— Да, мама, Петруха только что был, так что теперь я на своем номере.
— Хорошо. Так, теперь слушай — китайцам все передали. Они сказали — скоро свяжутся, чтобы обговорить детали. Я буду держать тебя в курсе, потому что все пока идет через меня.