Я не стал звонить Саше, пусть сегодняшняя встреча будет для нее сюрпризом. Подъехал с другой стороны переулка и оставил машину на площадке у магазинчика, метров за двести от Сашиной общаги. А то увидит в окно, и все — прощай сюрприз.
Я почти бегом заскочил по скрипевшей лестнице на площадку второго этажа. Беспричинная радость переполняла меня, наверное, со стороны я выглядел глуповато — губы помимо моей воли растягивались в улыбке. Нажал на кнопку и услышал, как за дверью затренькал звонок. Эта знакомая мелодия еще подбросила эндорфинов в мою кровь — я наконец вернулся в страну счастья. Дверь растворилась, и Сашины большие глаза стали еще больше, ротик приоткрылся, и она выдохнула:
— Ты?
Я схватил ее в охапку, поднял и закружил по комнате.
— Нет, это не я…
Договорить мне не дали, Сашины горячие губы запечатали мой рот, и я забыл про все — мир сократился до размеров комнаты, где находились мы. Не существовало больше ни нефрита, ни китайцев, ни трупов, во всей вселенной были только двое — я и Саша.
Я не глядя захлопнул дверь и осторожно опустил свою драгоценную ношу на пол. Потом отодвинулся и заглянул в счастливые глаза. Не выдержал и снова хотел поймать ее губы, но Саша уперлась кулачками в мою грудь и отвернула голову.
— Ты бессовестный! Я обиделась…
Она попробовала сделать обиженное лицо, но ей это не удалось — губы сами складывались в счастливую улыбку.
Я снова прижал ее к груди и спросил:
— За что? Я люблю тебя.
В этот раз она все-таки сумела сделать серьезное лицо.
— Так не любят. Ты даже не позвонил мне! Где ты был эти дни? Девочки в больнице такое говорят… Я чуть с ума не сошла.
— Прости меня, солнышко, я все объясню.
Я скинул куртку, разулся и попытался опять обнять любимую, но она увернулась и пошла на кухню.
— Ты наказан. Пока не расскажешь и я не поверю, что позвонить действительно было нельзя, даже не подходи ко мне.
Она отвернулась и нарочито громко начала греметь посудой.
Конечно, я все объяснил ей, и через полчаса мы пили чай, откусывая по маленькому кусочку от одной шоколадки. В моей истории не было ни трупов, ни стрельбы, ни злых китайцев, ни москвичей — все время была тяжелая работа и тайга, в которой нет сотовой связи и из которой я только сегодня выехал. Я знал, что, расскажи я правду, я наверняка потеряю ее — в ее мире не существовало всего этого дерьма, в котором барахтался я. Может, она сама хотела верить в это, а не в те ужасы, что рассказывали ей подруги на работе, а может, потому, что любовь слепа, но я чувствовал, что обида ее растаяла. Я снова был прощен. Конечно, с условием, что это было в последний раз.
Как-то одновременно мы поняли, что чай нас совсем не интересует — наши глаза встретились и сказали все за нас. Саша наклонилась ко мне и прошептала:
— Пошли в спальню…
Каждый раз, когда мы, обессиленные, падали на скомканную простыню, я вспоминал, что мне надо сказать ей, что я скоро уйду. Надо обязательно подготовиться к встрече с китайцами. Хоть мы и победили, но с хунхузами нельзя расслабляться, у них всегда что-то спрятано в рукаве. Однако я заглядывал в блестевшие, счастливые глаза Сашеньки и опять откладывал это. Минут через десять скажу — малодушно думал я и, обняв горячее девичье тело, опять забывал обо всем.
Однажды, когда мы в очередной раз отдыхали после бешеной любовной скачки, в дверь позвонили. Я приподнялся и повернулся к Саше.
— Кто это среди ночи?
— Лежи. — Она придавила меня к постели. — Ошиблись дверью, наверное.
Однако мне показалось, что в ее голосе промелькнула тревога.
Я снова улегся, положил голову Сашеньки себе на грудь и запустил руку в ее волосы. Нежность пронзила меня, думаю, я мог бы лежать так вечность. Лишь бы никто нас не беспокоил. Но тут, словно в насмешку, звонок затренькал опять. На этот раз уже длинно и требовательно.
— Я сейчас этому заблудшему…
Саша не успела удержать меня, в три прыжка я миновал ее крохотную квартирку и подскочил к входной двери. Саша наконец догнала меня, но я уже распахнул дверь.
Человек, темневший в освещенном проеме, отшатнулся и даже попытался прикрыть лицо руками, хотя я еще даже слова не сказал. Похоже, его напугало просто мое появление. Переход из темноты квартиры на свет лестничной площадки на секунду ослепил меня, и я не сразу узнал гостя. Но уже через мгновение я расслабился и чуть не захохотал. Потом заулыбался и весело спросил:
— Борька, ты что, двери попутал?
Я сразу вспомнил, что совсем недавно видел его машину возле этой общаги. И тоже ночью. Еще, помню, тогда мне тоже стало весело, неужели наш виртуальщик наконец нашел реальную подругу. Как бы ни злился я на него за отсутствие помощи в делах семьи, сейчас мне было хорошо, и мое благодушное настроение распространялось на всех вокруг. Да и что с него взять, с ущербного? Хоть подружку нашел, и то уже прогресс. Надо обязательно расспросить Сашу, может она знает, кто это.