Глядя на меня, Мишка тоже попробовал остановиться, однако ему это не удалось. Пообещав, что это последний стакан, он выпил и через час опять был в стельку. Тогда я предупредил Любу, что мы плывем на рыбалку, собрал снасти, ружья, провиант и утащил на себе Мишку в лодку. Когда он очнулся на воде, то чуть не бросился в драку, однако я облил его из ведра забортной водой, и он, клацая зубами, забился в угол. Лишь через день он начал разговаривать и понемногу есть. Эвенки очень трудно отходят после возлияний, глядя, как он мучается, я подумал, что на их месте вообще бы не пил, чем так отходить.
И вот второй день мы здесь, отдыхаем, отъедаемся и загораем. Мишка рыбачит, а я все обдумываю то, что произошло, и пытаюсь разобраться в ребусе, кто же начал всю эту кутерьму. Но сегодня отдых заканчивается, мы с Мишкой тронемся туда, откуда все началось. К тому ключу, где Афанасий Тимофеевич Гурулёв словил пулю в живот. Может, там найдется кончик шнурка, за который можно будет потянуть, чтобы распутать весь клубок. Да и похоронить надо дядьку. Или что там осталось от него.
Я поднялся с камня и уже почти шагнул на тропку к табору, но неожиданный звук заставил меня остановиться. Сначала едва слышно, как комар, но с каждой секундой нарастая, над Витимом пел лодочный мотор. Из-за поворота, из-за обрывистого утеса, уходящего прямо в реку, выскочил маленький сверкающий жучок и на глазах стал превращаться в лодку. Я даже рот открыл от удивления, такое судно на Витиме я видел только один раз. Какие-то богатые туристы года два назад сплавлялись целым караваном таких лодок. Мы с Валеркой как раз тогда оказались на берегу, одна лодка подошла к нам, и мы ее хорошо рассмотрели. Огромная яркая надувная лодка, то ли из пластика, то ли из резины, шла под мощным японским мотором. Тент, закрывавший всю лодку, был натянут, и сколько там помещается людей, мы не разглядели. Мужик, выпрыгнувший из лодки, как оказалось, сплавщик-инструктор, он вел весь этот караван, спросил, далеко ли до Красного Яра, а то навигатор что-то врет. Там они собирались ночевать.
Сегодняшняя лодка была одна, и шла она на полной скорости, нос задрался над водой, и отсюда казалось, что лодка летит.
– Кого это еще черт несет?
Я даже не услышал, как Мишка спустился ко мне.
– Да хрен знает! Смотри, какая посудина. Если так будет лететь, сегодня к вечеру в Усть-Маре будет.
Победная песня мотора вдруг смолкла, и нос судна упал на волны. Лодка была еще далеко, и я не мог разобрать, сколько там людей. В этот раз лодка была без тента, это я разглядел даже отсюда. Над бортом что-то стеклянно блеснуло.
– Видел? Бинокль, что ли?
Однако глаза эвенка оказались зорче моих, он вдруг заорал:
– Падай! – и толкнул меня в спину. Я не ожидал и присел на колени. Тотчас позади меня раздался громкий чавкающий щелчок. В дерево дальше за костром мощно ударила пуля. Я оглянулся и быстро прикинул – судя по траектории, она прошла бы через мою грудь, если бы не Мишка. Я ни капли не сомневался, что это именно пуля, хотя ни звука выстрела, ни пламени я не услышал и не увидел. На охоте я много раз слышал, как пуля дырявит дерево, звук всегда один и тот же. Только летом это глуше, зимой, в мороженую древесину, звонче.
– Твою в бога душу…!
Я выругался, как старый сапожник, упал на землю и пополз в сторону костра, где у нас стояли ружья. Мишкина задница уже мелькала передо мной, он сообразил быстрее. Через пару секунд он уже лежал за камнем, передергивая затвор своей старой трехлинейки. Я добрался до «Сайги», схватил, откатился в сторону и тоже выглянул из-за валуна.
Лодка так и плыла по течению, и в оптику карабина я увидел, что стрелок в лодке лежит со стволом в руках и ищет нас в оптический прицел. Второй сидел на моторе и в мощный бинокль рассматривал берег. Он что-то говорил стрелку, звука я, конечно, не слышал, но понял это по его артикуляции. Человек с винтовкой дернулся, похоже, опять выстрелил, но куда он целился, я не понял. И в ту же секунду все разъяснилось – внизу, где лежала наполовину вытащенная на берег лодка, раздался металлический грохот.
– Лодку дырявит, сука! – крикнул я, но мой крик заглушил грохот выстрела. Громыхнула «Мосинка» Мишки. Мне показалось, пуля вошла в борт лодки, однако видимых повреждений я не заметил. Люди в лодке сразу среагировали – мотор взревел, посудина с места рванула вперед. Лодка развернулась и пошла вверх по течению, все больше забирая под наш берег. И я, и Мишка выстрелили одновременно, но явно промахнулись. Было далеко, и лодка прыгала по волнам. Да, это только в кино с первого выстрела можно завалить противника. Или в тире.