Только не смотреть в глаза!
Едва дышать, кусать губы, но пялиться исключительно на его мощную, выпуклую и на вид такую твердую грудь, от которой даже сейчас шел жар и этот аромат, отчего моя голова начинала кружиться.
— … Просто домой иду…
— Лжееееееешь, — протяжно, сладко и снова с нотками мурчания выдохнул Рит, нависая надо мной и глядя так пронзительно и опасно, что я ощущала это даже своим затылком, на котором начинали шевелиться волосы, когда я понимала где-то на задворках разума, что в данный момент я зажата и отрезана от жизни, в какую бы сторону не попыталась дернуться, чтобы убежать от него, его странного, пробирающего до самого нутра голоса, и этого аромата, что кружил мою голову, словно был легким наркотиком.
Мой взор заметался по его груди, которая так и была полуобнаженной, косясь по сторонам смущенно и скованно, поскольку мы стояли практически среди улицы, где, на секундочку, ходили простые люди, явно не привыкшие к подобным зрелищам.
И пусть ничего особо запретного и вызывающего мы не делали, но в позе Рита и том, как он зажимал меня у машины, было столько скрытого эротизма и тяги, что люди, проходящие мимо, ускоряли шаг косясь на нас все-таки с большим интересом и даже азартом.
Одна из проходящих мимо женщин, которая свела брови очень недовольно и возмущенно, смутила меня сильнее всех прочих, когда неожиданно ее взгляд колко скользнул по большому стройному телу Рита, сначала мельком.
Потом застыл.
Округлился.
И большие глаза стали приподнимать нахмуренные и сведенные у переносицы брови стремительно вверх, когда ошарашенный взгляд женщины вдруг остановился где-то в области бедер Рита, и там же завис, словно приклеившись, отчего женщин споткнулась и едва не полетела головой вперед, если бы не заметила, что я наблюдаю за ней из-под руки Рита.
Проходила мимо нас она очень стремительно, низко опустив голову и весьма очевидно покраснев, чем немало ввела меня в полный ступор, отчего очень хотелось покоситься вниз тоже и узреть, что же так смутило и восхитило эту чопорную даму, которая спотыкалась даже сейчас, когда мы с Ритом остались уже позади на ее дороге.
Он молчал какое-то время, протянув тихо и проникновенно:
— Значит, ты здесь живешь?
— …Да, — я пыталась покоситься вниз, но мне не удалось этого сделать, потому что Рит чуть подался вперед, склоняясь надо мной сильнее и заставляя вжатья спиной в холодную сталь машины, которая не прогибалась и не давала мне отодвинуться от его тела ни на миллиметр.
Боясь, что дальше последует просьба о чашечке кофе и пресловутых плюшках, я отчего-то смутилась так сильно. что едва не ахнула вслух, быстро пробормотав:
— Но практически каждый день ко мне приезжает моя младшая сестра!..Думаю, что и сейчас она уже дома… ждет меня…
Слыша над собой его смешок, я покраснела еще сильнее, буквально выдавая себя с потрохами тем, что ничего подобного не было.
Ну, вернее сестра то у меня на самом деле была!
Младшая!
Тут никакого обмана, но вот в последний раз она была у меня в гостях, когда я в эту самую квартиру переезжала! А было это…в общем давно уже.
— Боишься, что я попрошусь в гости?
Этот мурлыкающий голос меня до самых костей пробирал, словно отбирая даже способность двигаться, когда я пикнула:
— Да!.. то есть…нет! Всмысле, я, конечно же, буду рада…вы мой шеф и все такое.
— Но не сейчас, да? — усмехнулся Рит, покосившись на вторую женщину, которая тоже округлила глаза и споткнулась, громко и истерично хохотнув. и, почему-то подмигнув мне, прошагала мимо нас очень такой вихляющей походкой, явно излишне сильно виляя бедрами.
Заметив это Рит устало потер глаза, кивнув словно сам себе, и убирая одну руку с машины, открывая путь к свободе и протягивая мне мою сумочку и две коробки с едой, проговорив хрипло, но подчеркнуто спокойно:
— Иди домой, Кудряшка…
Но не успела я и шага сделать от него, как горячая рука вдруг опустилась на мою щеку, едва касаясь пальцами, и горячее дыхание, такое ароматное и свежее, опалило мои губы, когда Рит прошептал:
— Будь готова завтра.
— …к чему?… — прошептала я в ответ, чуть дрогнув ресницами, но не смея поднимать глаз на него.
Красивые чувственные губы изогнулись в улыбке, и большой палец очертил мои губы легко и аккуратно, когда Рит проговорил, немного смешливо:
— К своей первой съемке на природе.
Думаю, я бы так и осталась стоять у машины, глядя на его грудь и не дыша, если бы сам Рит не убрал руки от меня, кивая на дом, чтобы я шла уже: