— Значит, ты согласна попробовать? — спросил он с таким видом, будто всё уже было решено.
Ицин колебалась, но, собравшись с духом, слегка кивнула, избегая встретиться с ним взглядом.
— Да, но как это сделать? — голос её звучал тихо и осторожно.
Чжэнь хмыкнул, словно заранее знал её сомнения, и лениво откинулся назад.
— Всегда есть какие-то возможности, которые мы пока просто не видим. Может быть, ты сумеешь случайно столкнуться с ним? Или, кто знает, духи твоей матери помогут?
Ицин не смогла удержаться от улыбки, услышав его шутку.
— Звучит не очень убедительно. Если духи и вмешаются, то наверняка будут на стороне моей матери. Она почему-то так упрямо хочет, чтобы я уехала в Тивию.
— Оставь это мне. Не может быть, чтобы младший развратник и порченная не смогли перехитрить этих духов. — Он наклонился ближе, словно раскрывая заговорщический план. — Министр и его сын приезжают завтра. Найди причину, чтобы выбраться из своей комнаты. Прогуляйся по нашему поместью, постарайся оказаться там, где они могут быть. Если повезёт, ты его встретишь. Если же нет, просто доверься моей смекалке.
Ицин задумалась. Слова брата звучали легко и уверенно, но в её сердце всё ещё жил страх. Она посмотрела на Чжэня, пытаясь понять, действительно ли он сможет ей помочь. Его взгляд был таким искренним и ободряющим, что она решила рискнуть.
— Хорошо, — сказала она, выдохнув, как будто сбросила тяжёлый груз. — Я попробую.
Чжэнь кивнул, его лицо осветила довольная улыбка.
— Вот и умница, сестрёнка. Помни, иногда даже случайность может стать судьбоносной, если ей правильно воспользоваться.
Глава пятая
Ицин нервно шагала по комнате, глядя в окно на суетливых слуг, которые готовили поместье к визиту министра Чен Чао и его сына Шу. Она не знала, чем занять себя в ожидании возвращения Тенин. Служанка ушла на задание — разузнать, как выглядит сын министра. Ицин не могла довериться словам брата, ей нужно было убедиться. Если уж она решилась предпринимать оговорённый с Чжанем план, то должна быть уверена, что Шу Чао действительно хорош собой.
Идея выйти замуж по собственному выбору казалась ей дерзкой и смелой. И если уж её жизнь будет связана с кем-то навсегда, пусть этот человек хотя бы радует её взгляд. Конечно, с возрастом она поймёт, как наивны такие мысли, но сейчас, в своей юности, красота представлялась ей обязательным качеством для мужчины.
Церемония встречи началась ещё с восходом солнца, и всё поместье преобразилось. Слуги носились туда-сюда, доносясь взволнованными голосами, повсюду слышались звуки уборки и приготовления. Её отец всегда говорил: «То, как ты выглядишь, определяет отношение людей к тебе». Эти слова казались разумными, и она ещё больше презирала свою мать за её пренебрежение этим правилом. Госпожа Тай Дзяо одевалась просто, даже неуместно скромно. Это всегда выводило Ицин из себя. Что подумает о ней Шу Чао, когда увидит, как нелепо выглядит её мать? От этой мысли её щёки обдало румянцем от злости. А следом пришёл стыд. Она знала, что стесняться собственной матери — это непочтительно. Но разве могла она что-то поделать с этими чувствами? Тай Дзяо списывала такие эмоции Ицин на проделки злых духов. По мнению матери, тёмные силы постоянно искали способ пробраться в её дочь. Именно поэтому она заставляла ее так часто приносить дары духам.
Эта мысль заставила Ицин улыбнуться. Сегодня она могла бы воспользоваться этой одержимостью матери себе во благо. Как только Тенин вернётся и расскажет, что сын министра красив, Ицин выйдет из своих покоев под предлогом поклонения духам предков. Это даст ей возможность пройти по центральной части поместья и, если повезёт, случайно натолкнуться на Шу Чао.
Погрузившись в свои фантазии, она представила, как их встреча может произойти по пути от её покоев до святилища духов. Её сердце забилось быстрее от одной только мысли. Утро в ее воображении было свежим, солнце ещё не успело подняться высоко, и прохладный ветерок ласково шевелил листья деревьев. Она шла по выложенной камнем дорожке, которая извивалась между небольшими цветущими кустарниками и аккуратно постриженной травой.
Ицин представляла себя изысканной и утончённой, словно героиню из старинных легенд, которые она читала в книгах. В её воображении она выглядела идеальной дочерью благородного дома: её осанка прямая, движения лёгкие и грациозные, будто каждый шаг — это часть танца. Она думала, что её утренний наряд из светлого шёлка, украшенный вышивкой в виде нежных цветов, подчеркнёт её природную красоту, а аккуратно уложенные волосы, украшенные простой заколкой с жемчугом, покажут её скромность и вкус. Ее лицо было спокойным, но в глазах светилась мягкость, которая могла бы пленить любого. Ее щеки чуть порозовели от утреннего холода, а губы приоткрыты в лёгкой, почти неуловимой улыбке, которая добавляла таинственности. Она воображала, что её скромность и естественная грация будут теми качествами, которые сразу привлекут внимание Шу Чао. Ведь именно такие черты выделяют её на фоне столичных девушек, о которых она слышала от брата: тех, что перегружают себя яркими украшениями и слишком громкими манерами.