Прослышав про шайку Черных Платков, членов которой никто не видел в лицо, бородачи решили воспользоваться этим удобным шансом. Хитрость шита белыми нитками. Даже не понадобится принцип «ищи, кому выгодно». Других подозреваемых просто не существует. А убогая выдумка про какое-то безголовое привидение наверняка придумана теми же селестианцами. По их скудоумному расчету, эта детская страшилка должна запутать след и создать впечатление, будто они тоже жертвы.
Увы, на американском Западе все примитивно, даже преступные замыслы.
Точку в этой дурацкой истории следовало поставить незамедлительно, прямо нынешней ночью. А там можно и возвращаться, продолжить работу над усовершенствованием стояночного тормоза…
Мысли Фандорина повернули в более интересном направлении. Настоящая жизнь была там, в инженерно-механической лаборатории Массачусетского технологического, где ковалось светлое и разумное будущее человечества, а копеечные тайны Дрим-вэлли – чушь и глупости.
Рыжая лошадь равномерно переступала, беззвучно плывя над стелющимся по траве туманом. Ее копыта были обмотаны тряпками, чтоб не производить шума. С маскировкой дела обстояли хуже. При свете дня испачканный костюм, возможно, не выглядел белым, но в темноте отчетливо выделялся.
Зато Масу было не видно и не слышно. Он крался где-то сзади, прикрывая тыл. Сапоги со шпорами оставил в деревне, переобулся в онучи и лапти, на тропу не лез, держался в тени.
С четверть часа Эраст Петрович ехал шагом вдоль деревянной изгороди, делившей долину надвое, тщетно пытаясь обнаружить какой-нибудь зазор. Стал подумывать, не перемахнуть ли, и даже вынул из седельного чехла винтовку, чтоб при разгоне не колотила лошадь по боку.
Вдруг раздался странный шелест, в воздухе мелькнуло нечто тонкое и длинное, очень быстро двигающееся, и, прежде чем всадник сообразил, что происходит, на плечи ему упала веревочная петля, а в следующее мгновение мощный рывок выдернул Фандорина из седла.
«Ремингтон» с лязгом отлетел в сторону. Хоть Эраста Петровича когда-то учили искусству мягкого падения, но за отсутствием практики навыки подзабылись. Он не успел одни мышцы как следует напрячь, другие – как следует расслабить и приложился о землю так, что зазвенело в ушах. Впрочем, человек, вовсе не обучавшийся падать, от подобного кульбита скорее всего просто свернул бы себе шею.
Из-за противного звона упавший несколько секунд ничего не слышал, однако отлично рассмотрел, как с той стороны забора появились два темных пятна. Заскрипело дерево, и пятна превратились в проворные тени.
Фандорин лежал и не двигался, неестественно вывернув руку, вроде как без чувств. Только бы Маса выручать не кинулся. Не кинется – он человек опытный.
Судя по движениям и голосам, люди, осторожно приближавшиеся к Эрасту Петровичу, были совсем молоды.
– Как думаешь, стрельнуть? – напряженным дискантом спросил один.
Второй откликнулся не сразу.
– У тебя серебряная?
– А какая же?
Они стояли шагах в трех, будто не решаясь подойти ближе.
– Погоди. – Звук пробки, вынимаемой из фляги. – Сначала святой водой окропим.
На Эраста Петровича полетели холодные брызги. Что за балаган?
Парни (им вряд ли было больше двадцати) дружно бормотали молитву:
– …И не введи нас во искушение, но избави от Лукавого. Аминь.
– Голова-то у него есть? – шмыгнув носом, спросил первый.
– Вроде была… Хотя кто их ведьмаков разберет… Видал, как он над землей плыл? Будто по воздуху. Жуть!
– Сейчас пощупаю… – В голову лежащего ткнулся ствол винтовки. – Есть голова!
Ну, это было уже слишком.
Прямо с земли, не поднимаясь, Эраст Петрович сделал двойную подсечку. Его ноги качнулись по кругу, будто взбесившиеся стрелки по циферблату часов, и один из обидчиков с воплем грохнулся наземь. Второго Фандорин, приподнявшись, схватил левой рукой за пряжку ремня и рванул на себя, а кулаком правой нанес встречный удар, в переносицу. После этого осталось только перекатиться к первому и, пока не очухался, слегка стукнуть по шейным позвонкам.
Вот оба лежали рядышком, тихо.
Отряхиваясь, Фандорин встал. Сердито сорвал с плеч и отбросил в сторону лассо.
– Маса, черт тебя дери! Где ты там?
Японец немедленно возник из темноты, ведя под уздцы рыжую.
– Хорошо же ты меня прикрываешь! – рявкнул на него Эраст Петрович, потирая ушибленный при падении локоть. – А если б они не аркан кинули? Если б пальнули из двух стволов? Что тогда?
– Я бы жестоко отомстил за вас, господин, – беспечно ответил горе-помощник. – Давайте скорей посмотрим, кто эти люди. Интересно.
Пока Фандорин доставал из седельной сумки фонарик, Маса быстро связал пленников и перевернул на спины.
Черных платков нет, вот первое, что не без разочарования отметил Эраст Петрович, когда электрический луч поочередно осветил лица ночных разбойников. Оба, в самом деле, были еще совсем мальчишками. У одного на щеках и подбородке длинный смешной пух, похожий на утиные перышки. У второго волоски пожестче и подлиннее, но пока еще в весьма небольшом количестве.
– А где же пресловутые к-конические шляпы? – пробормотал Фандорин.
Маса отправился на поиски и с той стороны изгороди, из кустов, принес два необычных головных убора, один из которых немедленно нахлобучил на себя.
– Сними, – сказал Эраст Петрович, глядя на плотный, округлый силуэт камердинера, заостряющийся кверху. – Ты похож на к-клизму.
– А вы, господин, дали себя заарканить двум зеленым мальчишкам, – обиделся японец.
– Ладно, ладно. Помоги-ка.
Вдвоем они перекинули бесчувственных селестианцев через холку лошади.
– Туда повезем? – кивнул Маса в сторону русской деревни.
– Туда, – Фандорин показал в сторону селестианской. – А ты исчезни. Если что – сам знаешь.
Маса с поклоном попятился и растаял в темноте.
Ударом ноги Эраст Петрович сшиб кусок забора на землю и повел рыжую через поле, за которым светились огни.
Селение беглых мормонов приютилось в выемке огромной скалы. Тыл был надежно прикрыт отвесными каменными стенами, поднимавшимися в самое небо, а спереди щерилась заостренными концами бревенчатая изгородь. Тын был выстроен основательно: краями упирался в гору, а посередине, над массивными воротами, возвышалась дозорная башенка. Все пространство перед этой крепостью, созданной совместными усилиями природы и людей, было освещено воткнутыми в землю факелами. Незамеченным не подойдешь.
Но в намерения Фандорина и не входило оставаться незамеченным.
Выйдя на освещенное пространство, он на всякий случай, чтоб часовой не подстрелил, встал за крупом лошади и громко крикнул:
– Эй, на башне!
Связанные юнцы уже пришли в себя. Ерзали, мычали – Маса не забыл всунуть каждому в рот по кляпу.
– Кто там? – раздался с вышки дрожащий голос. – Ты человек или бес? Братья, братья!!!
Ударил сигнальный колокол, из-за частокола донеслись крики, топот множества ног. Надо было немного подождать.
– Спокойно, не дергайтесь, – сказал Эраст Петрович пленникам. – Если будете слушаться, скоро отпущу.
Меж обтесанных верхушек бревен появились головы в конических шляпах, блеснули стволы ружей.
– Скажите, что это вы, – приказал Фандорин, вынимая кляпы.
– Это мы! Это мы! – послушно закричали молодые люди.
– Кто «мы»? – откликнулся густой голос. – Если нечисть ночная, лучше идите своим путем! У нас серебряные пули и святая вода!
– Это Джосайя и Авессалом! Нас связали!
– Кто вас связал?
Решив, что теперь можно, Эраст Петрович вышел из-за лошади.
– Я! Меня зовут Эраст Фандорин. Я ехал через долину. Эти негодяи напали на меня без предупреждения. Я мог бы их убить. Или отвезти к маршалу. Но пожалел. Они совсем мальчишки.
На стене засовещались. Потом тот же басистый голос крикнул:
– Эраст – это хорошее имя. Ты из наших братьев, из мормонов?
– Нет, я русский. Приехал навестить соплеменников. Что мне делать с этими разбойниками? Если они не ваши, я отвезу их в Сплитстоун.