Прошло много лет, с тех пор как Шаэ в последний раз дралась насмерть. По дороге сюда она на несколько минут задумалась, не растеряла ли навыки и инстинкты, не разрушили ли ее два года спокойной жизни без нефрита в Эспении.
И потому она даже удивилась, срубив первого противника за несколько секунд. Она Отразила первую атаку, белый металл зазвенел о белый металл, а потом нацелилась саблей в живот. Противник надел Броню и изогнул позвоночник, чтобы избежать удара. Его голова при этом качнулась вперед, и левая рука Шаэ полоснула ножом его глотку. Она с Легкостью перепрыгнула через тело, выдернув нож, и двинулась к следующей цели.
Это было как на тренировке в Академии, просто еще одно Испытание на время. Тренировки и опыт взяли свое. Она была меткой и смертоносной, нефритовая энергия играла в крови, как песня, которую она давно не слышала, но знала наизусть. Шаэ дралась со вторым противником, пока Эйтен не перерезал ему глотку из-за спины. Шаэ с легкостью вскочила на балкон второго этажа.
Женщина-Кулак обороняла зал с укрывшимся персоналом. Она встретила Шаэ, швырнув ей в лицо цепочку волн Отражения, так что в воздух, как конфетти, взлетели карты и фишки, а стены затряслись. Шаэ протиснулась сквозь заграждение, рассеяв атаку собственным Отражением, пока не приблизилась, и они схватились на ножах в узком коридоре. Броню соперницы ножом пробить не удалось. И тогда Шаэ пнула ее в колено. Когда женщина согнулась от боли, Шаэ врезала ей локтем по затылку со всей Силой, пробив череп.
Когда все Зеленые Кости в здании были мертвы, всего там их оказалось шестеро, они сорвали с петель дверь в служебную комнату и Шаэ обратилась к сбившемуся в кучу дрожащему персоналу «Госпожи Цонг»:
– Теперь все заведения на шоссе Бедняка принадлежат Равнинному клану. Можете уйти живыми. Или присягните клану в верности, платите дань, и сохраните работу на тех же условиях при новом руководстве. Выбирайте быстрее.
Четверть служащих ушла – занимающие высокие должности или слишком тесно связанные с Горным кланом, самые преданные или слишком напуганные ответными мерами, если они переметнутся. Остальные остались и довольно быстро оправились после потрясения – кеконцы привыкли к переменам в руководстве и воспринимают их как стихийное бедствие, внезапные события с неизбежным кровопролитием, с последствиями которых нужно справиться хладнокровно и вернуть бизнес в нормальное русло. Вскоре оставшийся персонал казино начал устанавливать мебель, подметать разбитое стекло и вытирать кровь, пока она не впиталась в дорогие ковры и обивку.
Шаэ собрала нефрит с убитых врагов и вышла, оставив за главного Эйтена. На улице она наткнулась на брата, выкрикивающего приказы, он тыкал в разных направлениях окровавленным ножом, лицо и аура светились безумием битвы. «Двойная ставка» горела – похоже, никто не знал, случайно ли возник пожар, или здание подожгли не то сбежавшие Горные, не то вошедшие в раж бойцы Равнинного клана. Дым клубился из окон верхнего этажа, смешиваясь с бесцветным небом.
Хило посмотрел на Шаэ и горсть нефрита в ее кулаке, и его губы изогнулись в подобии улыбки. Он снова повернулся к хаосу – пожару, выбегающим из здания людям, прерывистым звукам продолжающихся схваток. Не с Зелеными Костями – на улицу Патриота высыпали люди с территории Равнинных. Они кричали и набрасывались на сторонников другого клана.
– Этого мало, – буркнул Хило.
Шаэ не могла понять, о чем он – о нефрите в ее руках, об игорных домах или убитых Зеленых Костях Горных. Она была слишком взбудоражена, чтобы ответить.
Понадобилось полчаса, чтобы затушить пожар в «Двойной ставке», а хаос затих, превратившись в жутковатую тишину. Когда солнце закатилось с покрытого дымом неба, Хило собрал людей, Шаэ села на заднее сиденье машины и поехала обратно в резиденцию Коулов. К этому времени она видела все вокруг в какой-то пелене, как в сюрреалистическом арт-хаусном фильме о мести и жестокости.
Гонт Аш принял телефонный звонок молча, но все, кто имел хоть малейшее Чутье, отпрянули. Сначала Гонт похолодел от потрясения. Потом его шея побагровела от ярости.
Двадцать два члена Горного клана погибли в неожиданной атаке – все Пальцы и Кулаки, защищающие три игорных дома на шоссе Бедняка, не смогли справиться с убийцами из Равнинного клана. Пара неразумных Фонарщиков, выстреливших в нападавших, находились в больнице. И каждый квадратный сантиметр Трущобы теперь был под контролем Равнинных. Такой войны между кланами Жанлун еще не видел.