Глава 18. Нашептанное имя
Чуть раньше тем же вечером раздался испуганный звонок от господина Пака, он вместе с женой уже двенадцать лет держал бакалейный магазин в Трущобе.
– Мне нужно идти, – обратился Хило к Вен, повесив трубку.
Он был раздражен, потому что она отказалась покидать свою тесную квартирку в Папайе и переехать в резиденцию Штыря в поместье Коулов, если только они не поженятся.
– Я спрошу у Лана, как положено, и тогда мы назначим свадьбу, но на это уйдет несколько месяцев, – возразил он. – Отношения между кланами ухудшаются. Я слишком часто тут появляюсь, это небезопасно для тебя.
Квартира Вен находилась всего через одну улицу от Монетки, где недавно начались жестокие стычки. Даже на территории Равнинных Хило не хотел рисковать безопасностью Вен. Он не предоставит Горным возможность обойти айшо и устроить какой-нибудь несчастный случай, если они будут знать, что тем самым его спровоцируют.
– Не упрямься, иначе мне придется приставить к тебе Пальцев для охраны, а значит, я не смогу задействовать их где-то еще. В доме безопасно. И он больше. Ты могла бы там все устроить, у тебя к этому талант. Тебе он понравится.
Вен сложила руки на груди и посмотрела на него, не сводя глаз.
– Я не собираюсь давать твоей семье лишние причины смотреть на меня свысока. Мы будем жить вместе, когда поженимся, но не раньше. И между прочим, у меня есть пистолет, и я знаю, как им пользоваться. Я могу о себе позаботиться.
– Пистолет, – хохотнул Хило. – И это должно меня успокоить? Мои враги – Зеленые Кости. А ты каменноглазая.
– Спасибо, что напомнил, – холодно ответила она.
На улице Кен посигналил в клаксон «Княгини», и Хило проворчал:
– Поговорим об этом позже.
Когда он вместе с братьями Маик прибыл к бакалейщику, господин Пак сидел на тротуаре, закрыв голову руками, а госпожа Пак с рыданиями подметала в магазине разбитое стекло. Два юнца с нефритовыми гвоздиками в бровях разбили окна и неоновую вывеску над дверью, а также разломали несколько полок с товарами в качестве наказания за то, что хозяева отказались платить дань Горному клану. Хило хмуро оглядел беспорядок и еще больше помрачнел. Ничего не украли, но подобные происшествия дорого обходились Равнинным, дело не только в деньгах, которые потребуются, чтобы возместить ущерб, но и в отношении Фонарщиков района.
– Я не могу платить дань двум кланам, – простонал господин Пак.
– Мы этим займемся, – пообещал Хило. – Этого больше не повторится.
Позже возникло несколько вопросов – а не примкнул ли господин Пак к Горным и не сам ли это подстроил. Господин Пак отрезал себе ухо в подтверждение своей невиновности и воззвал к правосудию Коула Лана. Дом и магазин обыскали, и с пары сняли все подозрения, но два месяца спустя Паки закрыли магазин и переехали в Трущобу.
Но в ту ночь Хило велел Пальцам порасспрашивать вокруг, пока не выяснил, что двумя хулиганами были Йен Ио и Чон Даал, а найти их можно в круглосуточной торговой галерее в Трущобе. Из-за более мелкого происшествия Хило послал бы одного из Кулаков и пару Пальцев, но ему до смерти надоел запрет Лана и мерзкая ситуация в Трущобе. Люди должны знать, что Равнинные сильны и не стоит их дразнить.
Шумная, бурлящая, колоритная и нищая Трущоба была одним из самых ценных районов Жанлуна. Днем она привлекала туристов и покупателей, после наступления темноты и финансовые брокеры, и портовые рабочие развлекались на ее улицах в мириадах ресторанов, игровых залов, баров, стрип-клубов и театров. Равнинные не могли себе позволить ее потерять. Хило решил лично заняться этой выходкой. Колосс приказал ему не убивать, но это не значит, что он не может открыто заявить о себе.
Они остановились на платной парковке неподалеку от галереи «Восторг». Кен мучился головной болью и сморкался в мокрый носовой платок. В подростковом возрасте старшему из братьев Маик сломали скулу, и с тех пор он периодически от этого страдал при высокой влажности и загрязнении воздуха.
– Оставайся в машине, – велел ему Хило. – Мы с Таром долго не задержимся.
Кен с готовностью согласился, включил радио и закурил, а Хило и Тар вышли и зашагали по тротуару к «Восторгу». То, что они оставили Кена в машине, спасло Штырю жизнь. Пока Хило и Тар пересекали улицу, выскочили два мотоциклиста. Когда они прогрохотали мимо «Княгини», Кен мгновенно понял, что происходит. Он выкрикнул предупреждение и со всей силой навалился на клаксон «Княгини». Гудел он не слишком громко, но тревожный сигнал подсознания Кена достиг Хило за долю секунды до того, как он Почуял смертоносные намерения убийц и они открыли стрельбу.