Звонок в дверь прерывает мою шалость, в удивлении поднимаю на него глаза, а он хмурится вопросительно.
— Я ни кого не ждала. Может соседи? — Пожимаю плечами, поднимаясь из-за стола. Открыв дверь, обомлела на месте. На пороге стоял Макс и улыбался лучезарной улыбкой.
— Сюрприз! Привет Калина! Мы решили, что тебя надо вывезти на природу и дать, как следует отдохнуть. Как давно ты ела шашлыки, пила вино и наслаждалась сосновым лесом? — Бодро ставит в кур своих планов, протягивая мне букет полевых цветов, но явно не собранный собственноручно.
Шокировано смотрю на лицо друга, вижу, как его взгляд устремляется мимо меня. Оборачиваюсь, и мое сердце замирает, а потом разгоняется как быстрая спортивная машина. В кухонном дверном проеме стоит Левин, и взгляд его не обещает дружелюбного приема.
Перевожу свои испуганные глаза на Макса, качаю головой в знак протеста. Да нет, какой протест? Мне срочно нужно как-то выходить из этой ситуации, не могу позволить дурных мыслей друга, а зная его, точно неправильно все поймет.
— Макс, дай мне немного времени. Левин заехал узнать как дела и уже уходит. — Взволнованно шепотом. Чувствую спиной, которую прожигает яростью мой желанный мужчина, уверенна, эти слова ранят Мансура, и сердце сжимается от боли, хочется разрыдаться, но нужно брать себя в руки не выдав своих чувств. Вздрагиваю от прикосновения к моим плечам мужских рук.
— Ты уверенна, что хочешь проводить меня? Ночью я этого не заметил. — Громко на ушко, целуя шею, спускается ниже к плечу, а меня пронзает желание и я готова прикрыть глаза, озвучив возбуждение стоном. Притягивает меня за талию, прижимая к своей груди. Уверена, специально так сделал, чтоб позлить парня на пороге моего дома с цветами.
Пристально смотрю другу в глаза и вижу, как взгляд меняются от счастливого до обескураженного.
— Любимов, не чувствуешь кто здесь лишний? Я тебя предупреждал, она моя. — С иронией задает вопрос, а у меня от последних слов в душе возгорается огонек надежды на наши отношения, но потом все затухает холодным порывом ветра с улицы, приводя мой разум в реальность жизни.
— Мансур, прошу тебя, уйди, мне надо с Максом поговорить. — Разворачиваюсь, говорю, не глядя в глаза, понимая, чем все это закончится.
— Ты уверенна? — Делает паузу, ждет ответа. Киваю головой в согласии. — Если я сейчас уйду, больше никогда не вернусь. — Спокойствие и угроза в его голосе, заставляет поежиться, но не могу еще раз обжечься, вспомнив его вечную нелюбовь к рыжим, знаю, в нем играет дух соперничества, но ни как огромное светлое чувство любви.
— Уверенна. Ты, наверное, забыл, что мы работаем вместе, и нам необходимо держать себя в рамках приличия. — Говорю сухо, чтоб отрезать все ниточки связывающие нас.
Левин, молча, прищурившись пристально смотрит в глаза, ища ответы на незаданные вопросы, не выдержав, отвожу взгляд в сторону, разглядывая все подряд.
— Как хочешь… Желание женщины для меня закон! Не пожалей потом.
Разворачивается, с вешалки сдергивает свое пальто, несколько раз, до треска ткани, так как не хочет оно покидать мой коридор. Перекидывает через локоть, обувается, спотыкаясь, с комода хватает ключи, бумажник, и, как был в расстёгнутой рубашке, выскакивает на улицу, а во дворе последние десять дней года, и хоть мы южные жители, и сегодня солнце согревает как весной, но холодный зимний ветер продирает до костей.
Меня поставили на паузу, не замечая вокруг ничего, смотрю в след любимому, хочется кричать рыдать просить прощения, умолять, чтоб вернулся. Он настолько в гневе, что даже не остановился поздороваться с братом, который ожидал у своей машины, на ней видимо собирался увезти нас с Максом.
Громко хлопнула дверь, что заставило меня вздрогнуть и одуматься, завел машину, не прогревая дал по газам, завизжал шинами и умчался, унося с собой мою душу и сердце.
Захожу на кухню, друг сидит за столом, столешница которого еще накрыта поздним завтраком. Когда успел цветы в вазу поставить? Удивляюсь заботе.
— Макс, прошу, давай не сегодня. Мне очень плохо. — Устало, присаживаясь на краешек стула.
— Лана, ты же понимаешь, он просто поиграет с тобой и отпустит. Я знаю Мансура давно, он много раз утверждал, что не хочет жениться, а зная тебя, как разумную женщину, желающую создать семью, не поведешься на его флирт, но он умелый манипулятор и не отпустит, пока не наиграется. Давай поженимся, и он отстанет. Готов ради тебя на все. — Ласково заглядывает в глаза, поглаживая мои руки. Как я не заметила, что он уже стоит на коленях возле меня.
Резко выдергиваю руку, закрывая лицо. Давно мечтала о таком, а сейчас противно.
— Макс уйди, поговорим в офисе в понедельник. — Отворачиваюсь к столу, беру вилку в руку, начинаю водить по тарелке на которой размазываю картофельное пюре, и вспоминаю, счастливые минуты с Мансуром, так тоскливо на душе хоть волком вой.
Всю субботу провожу в постели, ни чего не мило, от всего тошнит, злость и сомнения пожирает изнутри. Может правда не разглядела его чувств, может он действительно готов был со мной серьезные отношения построить. Погибала от роя мыслей, которые безжалостно впивались жалом в тело. Слова Макса тоже не давали покоя.
Мишель осталась со мной, как только ушел Любимов, рассказала ей все. Она посмеялась над моим предположением, что у нее была ночь любви с Левиным. Оказывается, Волкова соблазнила, и они провели всю ночь в ее постели, а утром отправила домой, не попрощавшись.
— «Такие мужчины если и женятся, то только после сорока, и на богатеньких, приумножая капиталы. А такие как мы, наивные, хороним свои сердца ради этих засранцев» — Утверждает подруга. Но убедила, что не даст меня в обиду.
В воскресенье заставила поднять мою угрюмую пятую точку и отправиться по магазинам.
— «Шоппинг самое лучшее лекарство от депрессии, обновки поднимают настроение». — Все также продолжала настраивать на позитив. А еще она предложила очень заманчивую идею — вывести Левина на эмоции, если у него действительно есть чувства ко мне, то он не сможет претворяться и выдаст себя ревностью. Но это точно не про меня. Я хочу, что бы меня любили, а не желали в порыве похоти и страсти.
Миша может выглядеть сексуально в любой одежде, я же чувствую себя не в своей тарелке, если больше положенного оголится тело. А те наряды, что она предлагала, повергли в шок.
Сделав перерыв, перекусили в небольшой кафешке, недолго думая заказала себе пирожное, так захотелось себя побаловать сладеньким, а Мишель отлучилась, указав на дальний столик, где сидел брат Левина Виктор. Сердце в груди забилось так, что чувствовала, с какой скоростью разноситься по венам горячая кровь, раскрашивая щеки алым пламенем. Испуг прошиб дрожью тело, до вспотевших ладоней, душа затрепетала надеждой, от понимания могу увидеть Его. Господи, как же глубоко он проник в меня, раз вызывает такие эмоции.
Но мои переживания были напрасны, подруга вернулась с улыбкой на устах, сияя, как новогодняя елка, которых по торговому центру несчетное количество. Сообщила, что Волков ждет клиента для переговоров, и мое настроение резко упало в холодный погреб.
Народ суетился в преддверии праздников скупая все подряд, а я вздохнула горько, понимая, мне некому делать подарки кроме двух друзей.
Свое путешествие мы заканчивали бутиком нижнего белья, куда я наотрез отказывалась идти, и с десятой попытки она все-таки заволокла в уютный холл, над входом которого эротично красовалось название «Эгоистка». Хмыкнув, улыбнулась, сравнивая себя с такой дамой.
Если бы я могла предположить, чем это мероприятие, организованное подругой, закончится, осталась дома и ближайший год не высунула нос из-за двери дома.
Подруга затолкала меня в примерочную, вручая комплектов пять супер сексапильного белья, приказала раздеваться и закрыла дверь. Неспешно отправила на дизайнерский крючок вишневый пиджак, следом стянула серую тунику, оставшись в простеньком кружевном лифчике, джинсах решила не снимать, посмотрела на отражение. — «Да…, Лана, тебе ни когда не покорить такого мужчину, вокруг которого вьются столько красоток».