— Ну, ты и мудак! Пошел вон из моей жизни. Похотливый хищник. Ты мне противен. — Задыхаясь от ярости.
Нас окутала тишина, а звуки улицы и транспорта едва достигали моего сознания.
— Знаешь, — начал он с мрачным взглядом, делая шаг ко мне, а я, отступая назад. — Я не помню момента, когда ты протестовала и не позволяла взять себя. — У меня в номере, В твоем кабинете. — Еще шаг. — В дамской комнате, в твоей спальне. В примерочной. — И еще шаг. — Когда ты, сегодня, сидя на моем столе, раздвинула свои красивые ножки, тоже бы занялись любовью. Как ты тогда сказала — Я нужен был только лишь сделать тебя женщиной. И кто из нас похотливая киска.
Моя возбужденная грудь вздымалась так высоко, от глубоко дыхания, что больно упиралась в его, твердую как скала. Спиной почувствовала, даже сквозь пальто, холодный металл своей машины. Левин наклонился ко мне, чувствуя его теплое дыхание у уха, задрожала в предвкушении. Все, что мне надо было сделать, это поднять голову вверх, и тогда наши губы встретятся.
— Этого больше никогда не повториться, — прошипела я сквозь стиснутые зубы, пытаясь совладать с вожделением.
— Конечно, повториться! — Прошептал уверенно, и, шагнув еще ближе, прижал бугор ширинки в мой живот. Он положил свои руки на машину так, что я оказалась в ловушке. — Никогда не говори никогда! Мы всегда будем хотеть друг друга, и с этим смирись.
— Нет, не согласна, я не хочу тебя. — Сказала тихо, понимая, что ложь слышна была бы даже младенцу. — Может тогда последний раз? — Его губы заскользили по виску, спускаясь к шее, касаясь языком моей кожи, оставляя влажные следы.
Меня затрясло как в лихорадке. Так нежно. Так трепетно.
Заглянула в его глаза, которые уже потемнели на столько, что от зелени не осталось и следа, прошептала в приоткрытый рот. — Я не должна хотеть тебя. Это закончится для меня трагедией.
Мансура ноздри слегка раздувались при дыхании, и когда я уже думала, что сойду с ума, от ожидания его действий, он грубо обхватил мою нижнюю губу своими, потянул, кусая, тут же зализывая боль. Прорычав мне в рот, он углубил поцелуй и еще крепче прижал к машине. Наши поцелуи были дразнящими и грубыми, словно мы не виделись вечность, руки зарылись в волосах, а языки начали скользить, лаская друг друга. Я резко вдохнула, когда он слегка согнул колени, и уперся в меня своим готовым к бурению шахтером.
— Боже, мой! — Простонала, обхватывая его ногу своей, а он помог закинуть вторую к себе на поясницу, подхватив под ягодицы. Развернулся и понес в непонятном направлении. Когда мы подошли к его машине, она оказалась не заперта, открыв заднюю дверь сказал:
— Не забывай, об этом моя девочка. Садись на сиденье. — Хриплый голос, подбросил дровишек в костер полыхающий во всем моем теле.
Безмолвно уставившись на него, желая, чтобы разумные мысли победили над похотью. Что мне делать? Чего я хочу? Должна ли позволить ему снова овладеть мной? Возбуждение било по всем нервным окончаниям, и от этого дрожь усиливалась. Рациональное мышление быстро улетучилось, как только я почувствовала, что его рука заскользила вниз по ноге поднимая подол юбки, дойдя до кружева чулок он рыкнул и пальцами пробрался в самое интимное, от чего я начала задыхаться и готова сразу прийти к финалу первой.
— Сейчас же садись!
Как только за ним захлопнулась дверь, он не стал терять время, и скинул с моих плеч толстую ткань пальто, беря в плен мои руки, потом быстро расстегнул кардиган, наклонился, целуя мою ключицу спускаясь к груди. Застонала так сильно, что боялась нас обнаружат. Пальцами умело спустил ткань лифчика освобождая изнывающие соски и уделил им все свое внимания, на столько, что думала, взорвусь без проникновения.
— Хочу почувствовать тебя. — Зашептала на ушко, облизывая мочку.
— Ваше желание для меня закон, моя госпожа. — Хитро улыбнулся, звякнул металлом ремня, расстегнул брюки, приподнявшись с сиденья, стащил их с плавками, показывая мощь желания, а я в очередной раз восхитилась красавцем.
Я умру от тоски, когда он уйдет, но сейчас возьму по максимуму, что может предложить, хоть и чувствую себя при этом шлюхой, имеющую на заднем сиденье авто, ночью со слезами смою всю эту грязь.
— Конечно, рада твоему красавцу, но имела ввиду рубашку. Хочу касаться твоей груди — Застенчиво улыбнулась. У меня никакого опыта, а он заставляет говорить такие пошлости. Боже, что этот мужчина делает со мной?
— Вот это моя девочка! — Быстро расстёгивая пуговицы, а я в этот момент уселась на него верхом, задирая юбку на талию.
Невероятные ощущения горячей мужской кожи на моей груди, ласковые трения заставляли: пищать от восторга, охать от удовольствия, рычать от желания глубже. А когда он, отодвинув в сторону трусики, со стоном погрузился в меня, медленно позволяя привыкнуть к его размеру, до сих пор с трудом впускала, но потом, двигаясь, он подстраивал под себя.
Ощущение его внутри меня еще больше разожгло мое желание. Поднимая и опуская бедра, я начала двигаться на нем, каждое последующее проникновение доставляло еще больше удовольствия, чем предыдущее. Боль от его впивающихся пальцев, наверняка синяки останутся, на моих бедрах только усилило мою страсть.
В тот момент для меня перестало существовать все — кроме него, кроме нашего объединения душами, кроме моей любви к нему. Только ощущения воздуха на моей коже, звуков нашего рваного дыхания, жара его поцелуев и мысли о том, что будет дальше. Мое тело словно настроено на него, оно реагировало на каждый его взгляд, каждый звук, каждое прикосновение, он приручил меня, ни один мужчина не имел власти надо мной. За это обожала и ненавидела то, что он заставлял меня чувствовать. Никогда прежде не позволяла такое с собой проделывать, но когда он дотрагивался или просто нагло брал вот так, я с радостью запихивала гордость подальше.
Наши тела блестели от пота, окна совсем запотели, а наши стоны и рычания заполнили тишину салона. Освещение стоянки играло бликами в каждой выемке, каждом мускуле этого шедевра подо мной. Смотрела на него с любовью, как его тело напрягалось с каждым движением, как волосы спутались и челка прилипли к его вспотевшему лбу, как вены вздулись на руках, как натянулись сухожилия на его шее. Только он будет всегда идеальным для меня. Только его буду любить всю жизнь, ни кто не сравниться с ним. Уверена, даже сравнивать не смогу. Господи, во что я вляпалась опять?
Когда он почувствовал, как я сжимаюсь вокруг него, прорычал: — Всегда когда кончаешь, смотришь только мне в глаза. Поняла? От этого властного принца улетела в космос, наблюдая новогоднюю ночь, судорожно кивая, кусая его шею, что бы ни привлечь внимания криком.
— Умница, девочка моя! — С этими словами добрался до финала.
— Бля, мне всегда будет мало тебя! — Простонал, затем начал оставлять на моей шее влажные, горячие поцелуи, успокаивая наши дыхания.
Уставший и дрожащий он притянул в объятия, зарывшись лицом в мою шею. И пока мы сидели, восстанавливая дыхание, я чувствовала, бешеный стук наших сердец, а внутри, все еще готового к подвигам ненасытника. Ого, да мне его ни когда не насытить.
Проходили минуты, а в моей голове проносились миллионы мыслей: что теперь будет, опять подчинилась ему, опять не смогла дать отпор, теперь точно подтвердила статус — девушка на ночь, нет, даже не так — шалава на один трах. Горечь подступила к горлу, невыносимо захотелось сбежать и закрыться в ванной.
Наблюдала за ним с минуту, он молчал, так же наблюдая за мной, затем слезла с его колен, поправляя на себе одежду чувствуя, как по бедрам поползла влага, ужаснулась, — мы не пользовались защитой, а я не пью таблетки и риск беременности максимальный.
— Ты понимаешь что натворил. Совсем без ответственный? — Начала возмущаться.
— Ты о чем? Было классно! — Непонимающе улыбается.
— Как ты мог не защитить нас, почему не надел презерватив. — В диком ужасе уставилась на него.
— Ты меня свела с ума, и я все на свете забыл, не переживая, если ты беременна я возьму всю ответственность на себя, но поверь моему опыту, у тебя минимальные шансы на это, с одного раза ни у кого не получается.