– Вы бы так содействовали, – Роман нервно дёрнул уголком губ и на прощание кивнул Яру: – Ярослав, спасибо вам. Хорошо сработали.
– Ярослав, значит, – Виктор Сергеевич бережно сложил исписанный бланк и достал новый. – А полностью?
Яр молча положил перед ним удостоверение. Виктор Сергеевич кропотливо переписал оттуда номер и имя, потом недоверчиво сощурился на цифру категории.
– Ну ты даёшь! Двадцать-то есть тебе?
– Двадцать один.
– О как. Почти угадал. Ну, давай знакомиться, Ярослав Владимирович, – дружелюбно улыбаясь, мужчина раскрыл невзрачную служебную корочку. – Виктор Сергеевич Щукин, заместитель начальника отдела контроля. А ты у нас, стало быть, герой дня?
Яр сумрачно хмыкнул. Лучше б их поменьше, таких дней.
– Как ты смекнул, что дело плохо?
– Много ума не надо, – огрызнулся Яр, избегая смотреть Щукину в глаза. – Роман всё верно сказал. Люди собачиться начали на пустом месте.
– А ты заметил нежить?
– Нет, она же была под мороком.
– Как понял тогда, что это именно полтергейст?
– Да они у вас тут стадами шастают! – вымещая вспыхнувший гнев, Яр до боли стиснул в пальцах ручку чашки. – Парень, думаете, сам на рельсы спрыгнул? Может, если б сегодня на автобусе поехал, до сих пор был бы жив!
– Тише! – укоризненно шикнула на него Анна Дмитриевна. Она права. Незачем воевать с контролёром. Пусть получит свои ответы и убирается восвояси.
– Правильно всё говоришь, – вдруг сказал Виктор Сергеевич негромко и серьёзно. – Много этой погани… А нас мало. Вот оно так и выходит.
Повисло молчание. Слышно было только, как скребёт по бумаге простенькая шариковая ручка. Потом, дождавшись, пока Щукин допишет, Яр заговорил сам. Спокойно, без злости, но и без равнодушного холода. О том, как нежить просочилась в вагон – видимо, через окно, открытое из-за духоты. О том, как сперва обострилась боязнь подземной тесноты, а следом начали сами собой вспыхивать мелкие ссоры. О том, как кто-то посреди неразберихи нашёл силы помочь больному старику. И о том, как Роман решился нарушить седьмую статью по просьбе случайного встречного.
– Ну уж не нарушить. Ловко вы с ним, – похвалил Виктор Сергеевич, дослушав до конца. – Не все оперативники так слаженно работают. У тебя, небось, боевая в специализации?
– Нет, свободная.
– О как! А по мне так готовый боец, – Щукин ободряюще улыбнулся. – Нам бы таких, как ты, хоть парочку – всю бы нечисть из Москвы повымели.
Яр устало отбросил со лба влажные от пота пряди. Он не нуждался в чужой лести.
– Не повымели бы. Нежить будет, пока будет человек.
– Так что ж теперь, вовсе ничего не делать, что ли? – искренне изумился Щукин. – Я так думаю, надо стараться хоть какой порядок навести. Иначе невесть до чего докатиться можно.
Анна Дмитриевна глубокомысленно хмыкнула.
– Вы, Виктор Сергеич, прислали бы своих ребят-то. Время нынче…
– Пришлём, Анна Дмитриевна, пришлём, – Щукин тяжко вздохнул и стремительным росчерком подписал бланк. – Как руки свободные будут, так и пришлём…
Домой Яр шёл пешком вдоль нагретой солнцем гранитной набережной. Прохожие сторонились его и провожали настороженными взглядами. Они, благополучные, довольные жизнью, сами не представляли, насколько уязвимы. Им неведомо было, что от врага, таящегося в тенях, их защищает горстка измотанных служащих. Если есть время приехать на вызов. Если хватает сил и умений что-то сделать с разгулявшейся нечистью. Не от хорошей жизни с надзором разъезжает на происшествия сам заместитель начальника магического контроля…
А Яр, которого столько лет учили для этой самой стези, вот уже который год занят какой-то немыслимой ерундой.
И с этим несправедливым противоречием давно пора что-нибудь сделать.
XXXVII. Личные качества
– Прошу прощения?..
Девушка у стойки недоверчиво воззрилась на посетителя. Ошивающийся у дверей охранник, чуя неладное, придвинулся ближе.
– На собеседование, – терпеливо повторил Яр. – На двенадцатый этаж. В магконтроль.
Ладонь с аккуратно накрашенными ноготками беспомощно поворошила разложенные на столе бумаги.
– Верховский ни на кого не заказывал, – вымученно улыбаясь, пробормотала девушка. – Может, ошиблись? День не тот?
Никакого Верховского Яр знать не знал. Разговаривала с ним вовсе какая-то женщина из канцелярии, в обязанности которой входило только набрать номер и сообщить дату. Единственный же знакомый ему контролёр носил совсем другую фамилию.