В недрах вивария мерно и бойко загремел по металлу молоток. Потом застрекотали дуговые разряды: сварщики взялись наконец за дело. Может, и впрямь уложатся до полуночи. Если нет, то ожидание растянется ещё на пару часов: переселять нежить в новый вольер в самое опасное время было бы чистой воды безрассудством. Дежурный подумал, должно быть, о том же самом: он встрепенулся, стряхивая путы дрёмы, вытянул шею и прислушался к доносившимся шумам.
– Зашевелились, – констатировал он. Надзорщику скучно было торчать на посту; он отнюдь не возражал бы, если бы обстоятельства задержали Яра здесь на всю ночь. – Фигня все эти клетки, вот что. Надо чары поядрёнее, чтоб твари издали чуяли и подойти боялись.
– Физическая преграда – тоже хороший сдерживающий фактор, – из вежливости ответил Яр. Ему не требовался этот недалёкий собеседник: в его распоряжении был куда более интересный.
– Да ну. Даже домовой, если поднапряжётся, железки гнёт на раз-два, – авторитетно заявил надзорщик.
– Для этого он должен хотеть напрягаться, – заметил Яр. – Проще не давать поводов уйти, чем удерживать силой.
Сказал – и сдержал вздох. У него тоже нет поводов уходить.
Строительные шумы вскоре прекратились. На сигнальном табло вспыхнула жёлтым лампа одиннадцатого сектора. Яр спрятал тетрадь в рюкзак и отправился исполнять служебные обязанности. К переселению в новый вольер наздорщики приговорили какую-то чахлую шишигу. Её торжественно усадили в контейнер для перевозки, покатали по извилистым коридорам и высадили за свежезачарованные прутья решётки. Шишига не возражала. Она здесь давным-давно прижилась; в новом вольере ей, кажется, даже больше понравилось. Яр невольно задумался, оставили ли в виварии навью-консьержку. Наверное, нет: навьи опасны, им место на полигоне, а не в подвалах Управы.
– Спасибо, Ярослав Владимирович, – руководившая работами молоденькая сотрудница смущённо улыбнулась и отбросила со лба непослушные светлые локоны. Двое надзорщиков за её спиной разбирали транспортировочный ящик.
– Не за что, – Яр пожал плечами. – Всё тихо прошло.
– Может, благодаря вам и прошло, – девушка рассмеялась и оглянулась на шишигу, мирно сидевшую на груде свежих еловых лап. – Они же силу чуют, а у вас спектр такой… яркий.
– Есть немного, – Яр рассеянно постучал костяшками пальцев по стеклу. Нежить осталась к раздражающему фактору абсолютно равнодушна. – Ну, если претензий нет, я пойду?
– Да, конечно, – спохватившись, надзорщица подбежала к компьютеру и завозилась там, отмечая выполнение заявки. – Вот… Всё сделала.
– Спасибо. Доброй ночи.
– И вам. Заглядывайте ещё…
Посмеиваясь, Яр вышел из лаборатории. Повышенного дамского внимания к молодым и в перспективе высокооплачиваемым магконтрольским стажёрам не заметил бы только слепой – или простодушный чудак вроде Мишки Старова. Это при том, что сам отдел контоля мало у кого вызывал симпатию. Можно было бы и воспользоваться, так, без обязательств, разрядки ради… Если найдётся дама, которую не придётся обманывать – или зачаровывать. Яр больше не желал становиться причиной чьей-то печали.
На двенадцатом этаже царила сонная тишина. За полчаса до полуночи здесь могли ошиваться разве что домовые. Приблизившись к кабинету, Яр настороженно замер: из-за двери доносилось негромкое деловитое шуршание, совсем не похожее на шарканье швабры по линолеуму. Кто-то торопливо перебирал бумаги, не слишком заботясь о скрытности. Кристалл кварца, запиравший дверной замок, безмятежно переливался нейтральным серебристым светом. Свои? Те же, что полтора месяца тому назад умыкнули из хранилища ампулу?