– Эм… Так о чём мы говорили?
– Мы говорили о том, что нэки — это прекрасно, и ты, как идеальная нэка, вызываешь у меня исключительно тёплые и нежные чувства, – напомнил я.
– Ты сейчас назвал меня новым словом, – подняла палец Блейк. – До этого кошки были — нэко, – ну вот, можно сказать, я совершил официальное признание, а его полностью проигнорировали.
– Так то — кошки, а девочки-кошки правильно называются «нэки» или «нэка», если в единственном числе.
– Ты прямо сейчас это выдумал?
– Нет, я серьёзно. В том языке каждый вид фавнов имел своё название, например, фавны-лисы звались «кицунэ», а фавны с кошачьими чертами назывались «нэкоматы» или «бакенэко» — там как-то зависело от внешних признаков, я, к сожалению, не в курсе, но если хотели назвать фавнов-кошек без указания на конкретные атрибуты, то называли общим термином «нэки». Как по мне, это слово очень милое и намного приятней, чем банальное «фавн-кошка».
– Э-э-э… – в янтарных глазах крупным шрифтом отражался вопрос о том, как разговор к этому вообще пришёл. – Допустим… – выдохнула она, закрывая «странную тему». – То есть, – Блейк встряхнулась и подозрительно прищурилась, – тебя не смущают мои уши?
– Они прекрасны, – одарив красавицу влюблённой улыбкой, честно признал я.
– Но ты — человек, – никак не желала останавливать непонятный мне допрос девушка. Хотя… кажется, теперь я начал понимать, почему она игнорировала моё «признание».
– Ты не представляешь, сколько фавнов ходит у меня в крёстных детях. Если когда-то у меня и были против них предубеждения, то после такого опыта их точно не осталось. Нео подтвердит.
Белладонна с недоверием покосилась на мою «Мороженку». Та это заметила и извлекла «из-под стола» табличку:
– «Он искал у себя следы хирургического удаления лисьего хвоста». (>_>)… – пантомима, которой это сопровождалось, лучше всяких слов говорила о том, что девушка думает о моём психическом здоровье.
– Серьёзно? – губы Блейк дрогнули в какой-то странной судороге, возможно, это была задавленная волей рефлекторная попытка улыбнуться чему-то абсурдному и внезапному.
– Поверь: у меня были основания, – проникновенно заверяю девушку. Когда нацики-террористы назначают тебя, де-факто, главой местного отделения их террористической организации, любой невольно задумается, а вдруг?..
– «У него был приступ мстительного вдохновения», – сообщила новая табличка. – «Когда так происходит, с ним лучше не спорить».
– Молчала бы, – притворно возмутился я поклёпам. – Сама первой полезла портить мне причёску в поисках ушей.
– (^____^)! – и не подумала смущаться девушка.
– А кому ты мстил, проверяя, есть ли у тебя хвост и уши? – переведя взгляд с лица Нео на меня, приподняла одну бровь брюнетка.
– Э-это… очень долгая история, – пришло время практически искренне смущаться мне. – Полная абсурда, глупости, людской лени, некомпетентности руководителей и стремления нескольких совершенно мерзейших личностей сделать меня крайним, а заодно покататься на моём горбу. Возможно, когда-нибудь я тебе её расскажу, но за столом этого делать точно не стоит, – на всякий случай предупредил я в конце.
– «А ещё там было много немотивированной жестокости, желчного сарказма, искромётного юмора и сложных идиоматических оборотов», – сдала меня Неополитан.
– Эй, моя жестокость была очень мотивированна! – потребовал соблюдения истины я.
– Ты уверен? – бровь Блейк поднялась выше.
– Котёнок, – с чувством смотрю на неё, складывая руки домиком перед лицом, так сказать, занимая более устойчивую позицию, – я скажу одно: в одном из эпизодов той истории участвовали три фавна… которые пытались украсть консервы из зоомагазина. Уже на этом моменте ты должна понять, что моя жестокость была мотивированна. Но! – отделяю интонацией. – Самый болезненный момент того эпизода состоит в том… что рядом был продуктовый.
– Э-э-эм… – поражённо зависла Белладонна.
– Вот! Вот ты меня понимаешь!
– Ладно, – вздохнула после паузы Блейк, будто расслабляясь и готовясь нырнуть с головой. – Будет нечестно, если спрашивать буду только я… – ещё один вздох, после которого янтарные глаза с робким доверием вглядываются в мои. – Итак… вы… – брюнетка покосилась на Нео, что опять ушла в свой Свиток, но в ответ на взгляд нэки изобразила позой неопределённый жест, неким мистическим образом читаемый исключительно как передача мне всех представительских функций. – Ты хочешь больше узнать обо мне? – без вопросов приняв «телепатический импульс», продолжила Белладонна.