При виде блестящего, сверкающего брутальными гранями и многочисленными стволами навесных орудий Паладина с яркой символикой Белого Клыка, любовно нанесённой моими питомцами на корпус, зал зашумел. Теперь в нём преобладали охи восхищения, радостного недоверия и восторга фанатов, перемежаемые шепотками и обсуждениями тех самых рекламных акций Айронвуда, что сейчас проводились по всему Вейлу. Генерал активно продвигал идею о закупке новых металлических пехотинцев взамен старых моделей, но и голограммы Паладинов пихал везде, где только мог. Натуральный менеджер по продажам, честное слово.
– Как видите, Белый Клык уже может достать лучшие технологии Атласа… Конечно, не без моей скромной помощи, но лиха беда начало… – с многозначительной усмешкой обозреваю публику. – И сегодня… сейчас. У вас есть шанс стать частью той Революции, которая изменит этот мир! Которая даст вам, вашим отцам и матерям, братьям и сёстрам достойную жизнь! Даст вам действительно равные возможности! Возможности и силы самим строить свою жизнь, своё будущее, будущее своих детей! Сегодня Белый Клык больно щёлкнул по носу самые верха армии Атласа, а завтра мы покажем кое-что уже Вейлу. Революция, друзья мои! – возношу руки выше и в стороны. – Революция уже не за горами! И вы, – приглушаю голос, играя интонацией, – можете стать её частью прямо сейчас… Если, конечно, хватит духу.
– Да! Во имя Революции! – громко взвизгнула та самая девочка-оленёнок, что возмущалась моим появлением вначале, и вслед за ней взорвалась и остальная толпа.
– Всех новобранцев прошу подойти, – улыбаюсь зрителям и жестом передаю слово Лейтенанту, которому и предстояло разбираться дальше.
Толпа заколыхалась, дружно прильнув к «сцене», я же уже скрывался за Паладином. Внутри было такое ощущение, будто только что проглотил содержимое лотка с кошачьим туалетом — большая часть «новобранцев» состояла из подростков, причём некоторые из них выглядели едва ли не моложе Руби! Парочка дядек и тётек лет по сорок роли уже не играла. И вот этим детям я рассказывал про борьбу и подбивал на отстаивание своих прав с оружием в руках… Но решение было уже принято, и потому я держал лицо, уверенно и довольно улыбаясь, ловя восторженные взгляды своих «пушистиков» из охраны и щедро раздавая кивки на приветствия и хвалебные отзывы.
– Ты всё записала, Нео? – скрывшись в служебном помещении склада, я повернулся к пустому пространству, где скрывалась моя неизменная помощница.
– (^_^)! – мне показали большой палец.
– Отлично, тогда дома посмотрим, чтобы в кадре точно не было ничего лишнего, и будем думать, как этим распорядиться, – подстелить себе соломки и заготовить понтоны для наведения будущих мостов будет совсем не лишним. В голову пришла строчка одной старой песни, всю соль которой я начал понимать только сейчас: – И наш девиз предельно ясен скоро станет тебе — предай их всех, останься верен себе!
– (^___^)! – Нео мотивчик однозначно понравился.
Несколько дней спустя. Рабочее место Илии Амитолы.
Свиток запел в кармане, отвлекая девушку от таинства приготовления кофе этому самодуру, сатрапу и деспоту, что, только-только отбыв в Вейл и вывалив на неё целую кучу срочных и секретных задач, тут же вернулся, схватил её в охапку и утащил обратно в город — помогать с пополнением, в процессе полоща в новой волне своего безумия. Не то чтобы ей нравилось готовить кофе этому придурку, что, видимо, задался целью увидеть весь её цветовой спектр, но… всё-таки было в этом что-то успокаивающее. Что-то, что гарантированно давало ей минутку тишины и спокойствия, когда её точно не тронут.
Вынырнув из своих мыслей, девушка достала Свиток. Номер был незнаком. Немного насторожившись и напрягшись, она всё-таки приняла звонок и… не поверила своим глазам.
– Г-госпожа Сиенна? – не узнать текущего лидера Белого Клыка было невозможно. Смуглокожая фавн-тигрица восседала на командном троне и внимательно изучала собеседницу пристальным взглядом янтарных глаз. А её шикарные ушки чуть подрагивали, словно к чему-то прислушиваясь… Проклятый Торчвик, это всё его вина! Теперь она тоже постоянно думает о кошачьих ушах… а-а-а-а! Почувствовав, как стремительно наливается краской, Амитола попыталась взять себя в руки.