«Почему здесь пусто?!» – вспыхнула в сознании до крайности оскорблённая мысль, едва глаза женщины разглядели конец зала.
– Мисс Фолл, – обратился к ней мужской голос, и с левой стороны зала из полумрака показался человек в строгом зелёном костюме, опирающийся на изысканную трость, – значит, это были вы.
– Озпин?! Так ты всё знал! – ощущение провала скребло когтями по душе, а ненависть к этому слишком умному и предусмотрительному старику росла с каждым мгновением. – Где Дева?!
– Хм-м… значит, всё-таки кто-то третий, – задумчиво произнёс директор какую-то чушь.
– Где она?!
– Как видите, здесь её нет, мисс Фолл. Сдавайтесь, – блеснули сталью глаза за очками, – нам предстоит долгий разговор.
– Мечтай больше! – она запустила в старого Охотника поток огня, одновременно собирая со своего наряда Праховые нити и сплетая из них оружие. Магия Девы, пусть и обрезанная, усилила её Проявление, позволив манипулировать Прахом на уровне, что не снился даже самым искушённым «Праховым Магам», а потому в потоке пламени скрылись ледяные кристаллы — защищённые от жара, но не переставшие быть убийственными.
Вот только и поток огня, и ледяная шрапнель бессильно разбились о купол зеленоватого барьера, а директор Бикона, точнее, его образ, буквально размазался от скорости, что продемонстрировал «старик». Его трость замелькала с совсем уж неприличной скоростью, создавая ощущение, что оружие раздвоилось или даже растроилось. Удары сыпались со всех сторон, стремительно оттягивая магическую подпитку и сбивая Ауру. Синдер считала себя настоящим мастером, но то, что демонстрировал её противник, было просто запредельным. С одной простой тростью против парных клинков, он полностью доминировал в битве, не оставляя ей и шанса. Любой её манёвр и атаку её визави видел как открытую книгу, а его трость неизменно находила слабые места в обороне и продолжала сбивать Ауру. Озпин был монстром, выходить на которого нужно было или целым отрядом, или имея подавляющее преимущество в силе. О да, она была сильнее старика, раза в два или три, но при разнице в боевом опыте и мастерстве ей это не помогало, к тому же его Проявление, или что это вообще было, доставляло отдельных забот. Силовые поля, то выстраивающиеся барьерами, то становящиеся продолжением его оружия. Стало очевидно, что сейчас ей с ним не справиться, и потому оставалось только убегать, но как это сделать? Враг насел на неё основательно и полностью задавал картину боя.
– Сдавайтесь, мисс Фолл, я не хочу причинять вам лишний вред.
– Отправляйся к Гримм!
– Боюсь, это больше по вашей части, – в отчаянной попытке Синдер вошла в клинч со стариком. Пусть у неё нет его мастерства, но она моложе и сильнее, и на грубой силе сможет его продавить и, желательно, покалечить — о победе речи быть не могло, но вот отступить на своих условиях… вполне.
И тем сильнее было её удивление, когда раздался мощный хлопок, а её враг замер, с некоторым недоумением и детской обидой смотря на обугленную дыру размером с кулак, что образовалась в его груди. Ещё мгновение — и глаза Озпина остекленели, а тело просто упало на пол.
– Какого Грим… ма? – конец фразы она прохрипела одними губами — вспышка боли пронзила мозг, всё, что было ниже плечевого пояса, резко перестало чувствоваться. Только боль в груди, океаны боли. Скосив глаза вниз, она увидела такую же прожжённую дыру у себя в груди, как та, которая только что образовалась в теле Озпина. Она была жива лишь благодаря подарку Госпожи, но… ещё один краткий миг обжигающей боли, и сознание навеки погрузилось во тьму.