- Уедем мы, - раздумывал Николай, рассматривая свои руки, сложенные в замок. Страшно было решение принимать, страшно своих бросать. Но где-то должен быть свет.
- Так давай, - размышлял Бородин. – Ты пока с работой повремени, авось, я тебе что тут подыщу, в городе. Переберёшься с семьёй.
- Да дорого, - пытался не согласиться Борис.
- Погоди, дай сказать. Попробую что для вас сделать. И Ваньку в обиду давать нельзя, и семью оставлять свою тоже. Они ж думают, что без тебя сильные, а поди ж оставишь? Нельзя детям без отца, каждому и мать, и отец важны.
Ударили по рукам, посидели да расходиться пора. Вернулся Николай к сестре уже поздним вечером.
- Да где ж тебя черти носят? – ахнула она, встречая его на пороге. – Неужто, женщина появилась? – допытывалась. Неудобно будет перед Верой. Позвала её, та уже вещи собрала и билет купила, так хотела с братом её познакомиться. А тут нате вам, невеста нарисовалась другая.
- Да какая женщина? – снял шарф с плеч Николай, вешая его на крючок. – Гулял.
- Где ж гулять столько времени можно?
- Да чего ты пристала?! – нагрубил Бородин, но тут же язык прикусил. Не виновата сестра, что такое стряслось. – Прости, - положил руку ей на плечо. – Настроение что-то плохое.
- Есть будешь? – миролюбиво поинтересовалась Настя, приглашая к столу.
- А чего пацаны твои не садятся?
- А, - махнула она рукой, - опять в школе с кем-то подрались. Ромка с разбитым носом пришёл, - наливала она борщ в тарелку.
- Да ты что? – Бородин посмотрел в сторону двери. – И кто ж его так приложил?
- А кто знает? Молчит, как партизан. Небось, старшие, потому и сказать боится.
- Старшие, значит, - раздумывал над чем-то Николай, а потом с места поднялся.
- Ты куда? – удивилась сестра.
- Да вот спрошу, что у вас там за хулиган завёлся, может поговорить с ним стоит.
Он вышел из-за стола, отправляясь в комнату мальчишек, и две пары испуганных глаз уставились на него.
- Ну что, орёл, кто тебе нос расквасил? – спросил у Ромки, и тот бросил испуганный взгляд на старшего брата.
Настя вошла в комнату, будто боясь, что Николай что-то сделаем с детьми. Куртка валялась на полу и она, цокнув языком, подняла её, чтобы отнести в коридор, когда из кармана выпала свёрнутая зелёная бумажка.
- А это ещё что? – она удивлённо подняла с пола деньги, разворачивая их, и посмотрела на сыновей.
Глава 7
Мальчишки испуганно переглянулись, размышляя, что следует сказать, а Николай подошёл к сестре, принимая из её рук зелёную свёрнутую бумажку с несколькими красными каплями. Конечно, отличить своё от чужого он бы никогда не смог, потому что деньги-то одинаковые. Но вот эти маленькие брызги говорили о многом. Он сдвинул брови и посмотрел на племянников.
- Ну, - сказал грозно, и они сжались внутренне от этого окрика. – Кто признается, откуда это взялось? – в зажатом кулаке, как вымпел, зеленел маленький листок с городом Ярославлем.
- Коль, ты чего? – Настя прижала руки к груди, предчувствую нарастающую бурю. – Да мало ли откуда у них это, - решила заступиться за сыновей, переходя на их сторону и становясь напротив брата. Будто была уверена, что сейчас же он бросится на мальчишек и примется их колотить. – Есть идём, стынет всё. Давай, - она ласково коснулась его руками, мягко выталкивая в сторону двери.
- Знаешь, каких шакалов растишь? – всё ещё негодовал Бородин. – Что за ЛЮДЕЙ поднимаешь на ноги?
Но тут лицо сестры стало злым.
- Говори, да не заговаривайся! – упёрла руки в бога Настя. – Ишь, притащился в чужой дом, обзывает всех напропалую! Хозяином что ли себя почувствовал? Так есть уже, вернётся скоро. А мы ему ворота раскрыли, пожалуйте к нашему порогу, - картинно поклонилась ему в пояс. - Не смей, слышишь?! Не смей о детях моих так говорить!
Налетела коршуном, накинулась. И снова вспомнил Бородин мальчишку, что сегодня чуть до смерти дети не забили да собака не загрызла. Ему б такую мать, что грудью защищать до последнего будет. Хоть правого, хоть неправого.
Бросил он ей под ноги деньги пришлые и выбрался из комнаты, не зная, куда теперь идти. Можно в любой момент уехать в город, да как же с Ванькой решать?