- Подруга, - пожал плечами Анатолий, впечатывая окурок в ледяную пепельницу, накалившуюся на улице. – Нормальная, - припоминал, выпуская дым. – Фигура есть, это, - обрисовал формы в районе своей груди.
- Ясно, - вздохнул Николай, открывая дверь в дом. Наверное, стоит всё же сбежать, пока не приехала эта самая Вера, потому что улыбаться и сидеть за столом здесь, когда его мысли были далеко отсюда: с Ванькой, которому так хотелось помочь, ему не хотелось. Но вежливость шагала за ним с детства по пятам.
Он всё думал, лёжа в кровати, у кого поинтересоваться на счёт работы для Бориса. Как найти жильё подешевле, и чем он вообще может помочь этой семье. А когда уснул, снова ему снился Ванька. Только был он на этот раз счастливый. Бежал к нему навстречу, размахивая шарфом, и улыбался широко. А улыбка повторяла форму глаз.
Поднявшись наутро, Бородин просмотрел шкаф, вдруг что забыл, и вышел в прихожую, намереваясь попрощаться. Настя, отчего-то весёлая, утащила его за стол и всё бегала в другую комнату по каким-то делам.
Когда отворилась дверь и послышался чей-то голос, Николай решил, что пришли соседи, потому задумчиво допивал остывший тёмный чай, смотря на старый календарь двухгодовой давности.
- Ну вот, - послышалось за его спиной, и Бородин обернулся, глядя на улыбающуюся сестру. За её спиной показалась чья-то голова, а потом Настя сделала шаг в сторону, и перед Бородиным предстала довольно милая девушка с зачёсанными назад волосами, собранными в хвост.
- Знакомься, - протянула руку в сторону Николая Настя. – Мой брат, Коля. Чемпион по боксу! – она произнесла это с такой гордостью, что Николаю стало вдруг неловко кичиться перед незнакомой девушкой своими достижениями.
- А это, - Настя положила руку на плечо подруги. – Моя Вера.
Глава 8
Разговор завязался быстро. Настя усадила за стол подругу, разместив её по правую руку от брата, и отправила детей гулять, чтобы не мешались под ногами. Погода сегодня радовала. Ярко-синее небо почти без облаков и ласковое солнце, смотрящее на людей свысока. Разливалось лучами по снегу, заставляя серебриться белые пушистые сугробы, ласкало лица, нежно поглаживая, будто обещая, что скоро войдёт в полную силу и заставит землю отогреться, а ручьи запеть. Скинуть надоедливые куртки да пальто и бежать, сломя голову, в речку, заполняя округу детским смехом.
Вера сидела скромно, боясь пошевелиться, и была похожа на учительницу начальных классов или русского языка. Одета неброско и просто: в белый вязаный свитер и тёмные шерстяные брюки. Из косметики только светлые тени и чёрная тушь, придающая ресницам объем и длину. Сложив руки на коленях, она неловко улыбалась и чувствовала себя не в своей тарелке под взглядами подруги и её мужа.
- Ну, расскажи, как добралась, - Настя наливала чай в пузатую кружку, радостно смотря на приехавшую.
Щёки Веры были ещё раскрасневшимися, но даже отойди они от мороза, остались бы такими, потому что ситуация её явно смущала. Она чувствовала себя на смотринах, только мужчина, ради которого её сюда Настя и звала, совершенно не проявлял никакого интереса, словно рядом с ним не посадили незнакомого человека, а стоял пустой стул.
В свою очередь Николай просто не знал что следует говорить в подобных случаях, потому что участвовал в таком впервые в жизни.
О женитьбе разговор заходил не раз, и мать всячески пыталась подтолкнуть великовозрастного сына к созданию семьи. Разговоры по телефону зачастую заканчивались темой о порядочной женщине, первостепенно без детей. А потом уже Нине Петровне была нужна хоть какая-нибудь невестка, пусть и с детьми, лишь бы сердце сына, наконец, оттаяло и впустило в дом хозяйку.
Она часто разговаривала с Настей на эту тему, перемывая кости Николаю, и просила познакомить его хоть с кем-то, но всегда делала пометку о приличии. Потому что неприличных было кругом хоть отбавляй. Взять хотя бы «Любу без разбора». Добавка к имени говорила сама за себя. К такой прилагался список болезней и выводок детей от разных мужей, которых она уже и в глаза не помнила. А Николай был достоин другого.
Ещё бы! Красавец, спортсмен, честный и добрый человек! Да такого с руками и ногами оторвать можно. Только всё сидел на месте Бородин и не отрывался.
- Хорошо добралась, - отозвалась Вера, принимая из рук подруги горячий напиток. Она добавила туда пару ложек сахара и принялась осторожно мешать, чтобы не задеть края и не слушать звон керамики.