- А вот подарок твой, - поднял Николай с места коробку. Если бы лето – обязательно подарил велосипед. Настя у виска бы только крутила. Совсем брат ополоумел. Забрал чужого ребёнка, да ещё деньги на него тратит. Мать та тоже перестала звонить. Сказала, как голову проветришь, так набирай, а впредь – не смей.
Принял Ванька коробку робко и несмело, будто боялся, что перепутали его с кем-то. Но глаза горели от счастья. Целый набор конструктора. А там из него хочешь дома строй, хочешь корабли, хочешь планету целую, где ты царь и король.
- Нравится? – поинтересовался Николай, и мальчишка несколько раз кивнул. – Тогда завтракать идём, а потом занимайся. А я за продуктами схожу.
И всё в этот день было радостным и весёлым. Пока Ванька не мог оторваться от своего подарка, Вера активно готовилась к празднованию. Она заранее рассказала своим второклашкам, кто такой Ванечка. Какой это замечательный ребёнок, и что сейчас ему нужна поддержка других детей, потому что друзья его остались далеко-далеко отсюда.
- А они ему пишут письма? – спросила маленькая Юля со смешными тонкими белобрысыми косичками.
- Нет, - пожала плечами Вера. – Они очень далеко, и там нет почты.
Ну а что она должна была сказать детям? Что над бедным ребёнком издеваются, а потому у него нет никого?
После обеда она с семью детьми и двумя родителями, которые захотели пойти вместе с ней в гости и приготовили заранее подарки, отправилась к Ванечке.
Николай удивился, увидев на пороге такую компанию, но быстро сообразил, пропуская всех в дом, и Ванька, немного испуганный, принимал поздравления и подарки. Его окружили вниманием, обнимали, похлопывали по плечам, а он всё ждал, когда кто-то скажет, что его глаза узкие и некрасивые, что он страшный, и от него жутко воняет. Только эти дети были какие-то другие. Они будто совершенно не видели, что он ужасный и не такой, как другие. Ванька разомлел, расслабился, и даже через час принялся что-то рассказывать одному из малышей, пока родители активно хозяйничали на кухне, чтобы подготовить стол на всех.
Когда в дверь позвонили, Николай поспешил открыть, потому что ожидались ещё несколько его друзей, которых он так же позвал.
В доме было весело и шумно, ничего не предвещало беды. Ничего, кроме пронзительного звонка, который Николай всё собирался изменить на более мелодичный, но так и не доходили руки.
На пороге вместо его друзей стояла Зинаида с какой-то женщиной, а позади два мужчины в форме.
- Вот он, голубчик, - ткнула она чуть ли не в нос Бородину тонкий указательный палец, и женщина раскрыла папку, что-то там выискивая?
- Бородин Николай Петрович? – поинтересовалась она, сверившись с фамилией.
- Да, - кивнул он, понимая, что хорошим это всё не кончится.
- Понятно, - пыталась она заглянуть за его спину, потому что из квартиры доносились звонкие голоса детей. – Кем вам приходится Булыгин Иван?
Бородин сглотнул, понимая, к чему они ведут.
- Кем вам приходится ребёнок? - громче повторила женщина, смотря на него в упор. – И почему вы удерживаете силой сына опекуна Зинаиды Васильевны Гуляевой?
Глава 15
Ваньку забрали, да и как могли не забрать, когда никаких прав на него Бородин не имел. Ванька тихо плакал, но не упирался, будто понимал, что ничем помочь ему, идущему на закланье, Николай не в силах.
- Дайте хотя бы ребёнку торт попробовать, - у Веры рвалась душа, будто присутствовала она на аресте приговоренного к смерти. - Семь лет всё же, - пыталась убедить служителей закона, которые ждали, пока Зинаида натянет несколько слоёв одежды на мальчишку. Но было видно, что мольба так и останется мольбой.
- Какой торт, воровка? - обернулась в её сторону горе-мать. - Я на тебя жалобу в полицию напишу, как притаилась с хахалем своим под забором моим, всё вынюхивала. А потом наврала, что из опеки! - ломала она комедию, хотя сама же передавала мальчишку в руки Бородина по просьбе мужа. – А я как сердцем чуяла, прогнала.