- Учительница, - размышляла тётка, - какое отношение имеете к Ивану?
- Хочу, чтобы мальчик был счастлив! Но в деревне ему житья нет.
- Нет, вы на неё посмотрите. Городская! - сказала с апломбом Зинаида. - Отношение, - передразнивала она Веру.
В какой момент из комнаты исчезли оба друга Бородина и один полицейский, никто не понял. Но когда Ваньку вывели, как на расстрел, Бородина никто забирать не стал. Зато Зинаида ухватила и мяч, и пистолеты со словами.
- Ну раз это для именинника, я заберу.
- Я приеду, Вань, - крикнул Бородин ему на прощание, пока тот растирал слёзы по лицу. Конструктор так и остался мечтой лежать в шкафу, потому что Ванька только начал собирать замок.
Бородину хотелось обещать, что заберёт Ваньку, но лгать Николай не мог. Нельзя обнадёживать, если не знать наверняка, что всё получится.
Он мог броситься следом, хватать за руки, мешать увезти ребенка, но понимал, что это ничего не даст. Если он хочет помочь Ваньке, то следует действовать по закону.
- Вот тебе и День Рождения, - выдохнул шумно один из друзей, усаживаясь за стол.
- Мы пойдём, пожалуй, - родительница поднялась из-за стола, слегка подталкивая детей.
- А Ваня не вернётся? - спросил кто-то.
- Сегодня нет, - было ответом.
- Вера Игоревна, мы на вашей стороне, - произнесла на прощание одна из мам. - Если понадобится наша помощь, вы всегда можете рассчитывать на неё.
- Спасибо, - горячо поблагодарила их за поддержку учительница.
Когда квартира стала менее населённой, и за столом остались Николай, Вера и оба друга, Семён сказал.
- Коль, это не шутки. Там знаешь какие статьи за такое дают? А эта баба стрельнутая, такая кому хочешь напоет такого, что волосы на голове дыбом встанут. И поверят, как миленькие поверят любым её словам. Сейчас куда ни плюнь в мужиках озабоченных только видят, а по детям особенно. А там докажи, что ты не верблюд. Сейчас мы смогли договориться, чтоб тебя не трогали, но потом, Коль, слышишь?
Бородин слушал и слышал, только понимал, что так просто Ваньку теперь не отпустит. И пускай пройдёт не один круг ада, но забыть того взгляда, которым мальчишка смотрел в его сторону, вовек не сумеет.
- Николай, - хлопнул его по плечу Семён, и Бородин поднялся с места, разыскивая телефон. Он набрал Борису, но тот сразу не ответил. Лишь только на следующее утро перезвонил, узнавая новости от человека, которого уже мог назвать другом. Потому что чужим детей доверять невозможно.
- Коля, да ты что? Да как же? Нет, нет. Я не знал. Всё, завтра же беру билет и назад, максимум через пару дней. Не хватало ещё, чтобы случилось с тобой что-то. Я напишу. Я сделаю всё, чтобы тебя не коснулось. Куда надо пойду, заверю, что знал всё. Сейчас же позвоню Зинаиде!
А я же хотел поздравить Ваньку, только услали нас в такое место, что и связи нет. Сегодня выбрались назад. Ты прости, Коля, прости, и сказать что не знаю.
- Приезжай, Борис, тогда и поговорим.
- По глазам вижу, что задумал что-то, - покачал головой Семён. – Бородин, ты хорошо подумал?
- Подумал, - кивнул тот, бросая взгляд на Веру, но она смотрела только на своим руки. И без слов было ясно, что решил мужчина. А она что? А она кто, чтобы отговаривать или согласно кивать? Ей лучше помолчать, потому что тут решается судьба человека.
Глава 16
Ванька с грустью смотрел в окно, как соседские мальчишки вели перестрелку его новыми пистолетами. Подарок так и не достался имениннику, а был передан Ваське, потому что тот устроил истерику, увидев у подкидыша желаемую игрушку.
- Отдаст, - махнула на Ваньку Зинаида, принимаясь за свои дела. Она была зла за предупреждение, что теперь их семью возьмут на карандаш. По-хорошему следовало изъять мальчишку и поместить в специализированное заведение, только представительнице опеки было не до того.
В её жизни и так было много неприятностей, а тут ещё позвонили по поводу сына, который сбежал с реабилитации, куда она его такими усилиями засунула.
Она опросила мальчика, как с ним поступал дядя, и по его загоревшимся глазам и рассказам про занятия по боксу, про прогулки и разговоры по душам, поняла, что история странная, но хорошо закончившаяся. Она интересовалась: не заставлял ли Бородин Ваньку переодеваться при нём, не трогал ли в разных местах, и пообещала, что ничего Ваньке не будет, если он вдруг признается в подобном. Но Ванька говорил, что дядя Коля очень хороший, и он хочет жить именно там.