И пока решался вопрос по документам, Николай отправился в банк получать одобрение на ипотеку. И всё по тем же знакомствам разыскали хорошего риэлтора, которому поручили продать одну квартиру и присмотреть другую.
Никогда прежде Николай не думал, что жизнь его в одно мгновение перевернётся с ног на голову и поменяется в одночасье. Квартира, верно и преданно служившая столько десятилетий, внезапно изменила очертания и границы, превращаясь в другую, более просторную и простую, но в другом районе, подальше от центра. Ну и пусть, зато места хватит всем.
Решили сделать косметический ремонт на первое время. И пока друзья Бородина помогали клеить обои, Вера с Настей занимались женскими делами. Отмывали ванную, чистили кафельные плиты. И Настя радовалась, что в её жизни Вера теперь, как сестра.
- Ну, с новосельем, - поднял бокал Семён, когда они сидели в чистенькой аккуратной комнате, чувствуя себя неимоверно счастливыми. Гнездо вышло на удивление уютным. Вера ласково осматривала квартиру. Здесь будет их с Колей комната, а эту они отдадут для Ванечки. А в третей пока станут гостить друзья, если останутся с ночёвкой.
Кухня была небольшая, но всё разместилось, как нельзя лучше. Вера привезла посуду из дома, другие вещи они доставили от Николая. Оставалось самое главное – забрать Ваню.
И, если мальчишка готов был бежать из деревни сюда пешком, то Зинаида стояла грудью до последнего. Она так вцепилась в бедного мальчишку, что опека только диву давалась, для чего его забирать у такой матери?
- Я ж его на руках носила, - не унималась Зинаида. Казалось, она так вошла в роль, что в подробностях помнила, как в муках явила на свет ребёнка. Не тех троих, всамделишних, а этого, которого ни в грош не ставила.
- Только ваш муж и соседи утверждают обратное, - женщина около пятидесяти смотрела на Зинаиду поверх роговых очков. Её седеющие волосы были плотно упакованы в небольшой пучок на затылке, а глаза улавливали фальшь. За столько лет она привыкла ко всяким, но главное для Дарьи Васильевны непременно было счастье тех бедных детей, которым в этой жизни вовсе не повезло.
Она прекрасно помнит казённые стены, из которых выбралась на волю и глотала-глотала воздух, не в силах надышаться, первое время. Потом немного отпустило, пришло осознание, что обратно не вернут, что она теперь сама по себе, и её задача спасать таких же, как она. Рьяно взявшись за учёбу, она со временем действительно прочно обосновалась в нужном месте, и вот таких, как Зинаида, видела насквозь.
Бородину не просто повезло, нужные люди свели именно с Дарьей Васильевной, как борцом за счастье обездоленных. И если другие не станут лезть в бумажную волокиту, оставляя всё, как есть, то эта вгрызётся в глотку и не отпустит.
- Я выслушала обе стороны, а теперь хочу поговорить с мальчиком наедине, - голос был спокойным и властным. Женщина небольшого роста, но со стальным стержнем, она могла повлиять на любого, пусть даже перед ней был огромный амбал.
- Я его представитель, - не унималась Зинаида. – Ванечка, скажи, разве тебе с мамой плохо?
Тонкие пальцы больно вжались в спину мальчишки, отчего он тут же покосился на Зинаиду. Она обещала ему райскую жизнь, если нехристь только посмеет сказать плохое слово о ней или детях. Она уверяла, что никогда он не покинет их дом, что никто его не заберёт, и слова, сказанные здесь, ничего не изменят для него. Не изменят, кроме одного: если он вдруг заикнётся, что ему плохо, Зинаида сживёт его со свету.
- Я сказала на-е-ди-не, - разделила слово на части Дарья Васильевна, и Борис поднялся с места.
- Ну что ты, Зин, в конце концов.
- Знаю я их, - не унималась она, - сейчас ребёнку мозги запудрят, он родную мать узнавать перестанет!
- Да какая вы ему родная? – не выдержала Вера. – Чужие люди и то лучше относятся. Знала бы настоящая мать, что вы с ребёнком делаете.
- Ах ты пас….да, - вскричала Зинаида, норовя ухватить за одежду Веры.
- А ну тихо! – маленькая ладонь хлопнула по столешнице, отчего Ванька невольно вздрогнул. Он сидел нахохлившимся воробьём, боясь поднять глаза, потому что прекрасно понимал, что стал камнем преткновения. Наступила тишина. – Все вон! – чётко произнесла представитель опеки.