- Он ребёнок, - испуганно дёрнулась со скамейки, но тут же была прижата к деревянной спинке тем парнем, что испытывал боль.
- Сидеть, с…ка, - прошипел он, впечатывая одной рукой её в сиденье, а второй держась за больное место.
- Помогите, - вскрикнула Вераа, пытаясь вырваться и добраться до того, кто держал Ваньку.
- Ты хоть слышала, что тут творится из-за таких, как они? – дёрнул мальчишку сильнее за волосы Серый. – Они режут нас, как свиней, убивают, потому что другие.
Она слушала страшную тираду, намереваясь сказать, как они заблуждаются в своей неведенье.
- Мы очистим страну, - подошёл ещё один. – А таких, как ты, следует наказывать, чтобы не ложились под кого попало.
Бородин возвращался с тремя рожками. Он выбрал шоколадное, ванильное и клубничное. По одному вкусу на каждого. Солнце приятно ласкало лицо и тело под рубашкой с коротким рукавом, и на душе было как-то сладостно и томно. Издалека он заметил группу ребят на том месте, где оставил свою семью, и улыбка мгновенно сошла с лица. Что-то было не так.
Несколько спин закрывали обзор, но он вдруг осознал, что сейчас там происходит нечто ужасное. Он бросился бежать, роняя на ходу мягкие сладкие шарики, которые, шлёпаясь на брусчатку, расползаясь разноцветными пятнами.
Глава 21
Николай подоспел вовремя. Двух парней он дёрнул, опрокидывая назад, и подскочил к тому, что держал Ваньку.
- Ээээ, мужик, спокойней, - тот попытался закрыться руками, но тут же получил мощный удар в челюсть, дёргая за собой мальчишку и падая на спину.
Бородин уверенным движением нажал на точки на запястье, размыкая цепкие ладони обидчика, и высвободил мальчишку.
- Отпусти девушку, - приказал второму, который всё ещё удерживал Веру.
- Дядя Стёпа, валил бы ты. Тут женщину уму-разуму учат. Видишь, кого нагуляла? – кивнул в сторону Ваньки, который шмыгал носом и стал в стойке, готовый бороться за Веру до конца.
- Это мой сын, - сжал зубы Бородин. – Какие-то проблемы?
Парень недоверчиво посмотрел на Бородина, пытаясь понять: шутит тот или нет, и брезгливо сморщился.
- Донашиваешь за другими чужую девку?
Больше Бородин ждать не стал. Он мягко оттолкнул от себя ребёнка и умелыми движениями уложил того, кто только что оскорбил и Веру, и Ваньку, и его самого.
Вера отскочила, прижимая к себе мальчишку, которого трясло от злости и обиды, смотря на Николая, остервенело мутузившего желтозубого. Она видела, как на его кулаке отпечаталась кровь, и бросилась к мужу, пытаясь оттащить.
- Нет, Коля, пожалуйста, не надо.
Её колотило от страха и того, что она видела его таким впервые в жизни. Пусть и недолго они были вместе, но сейчас перед ней предстал другой Бородин. Она его понимала, она была на его стороне. Она считала, что зло должно быть наказано, да-да, но то, что происходило сейчас, переходило все границы морали.
- Менты, - крикнул кто-то, и мгновенно те, что пришли с желтозубым, испарились, оставляя лишь предводителя на брусчатке и Бородина, который никак не мог успокоиться.
Его дёрнули. Нагло и дерзко. Оторвали от окровавленного лица парня, тут же вызывая скорую по рации и прощупывая его пульс.
Вера тихо плакала, прижимая к себе Ваньку, и думала о том, что их тихая и беззаботная жизнь закончилась.
Желтозубого звали Макар. Имя редкое, как и человек, которого Вера запомнит на всю жизнь, потому что пока его осматривали медики, осторожно укладывая на носилки и торопясь оказать первую помощь, Николая скручивала доблестная полиция, упаковывая в светло-серый УАЗик.
Она могла бы отстаивать мужа, кричать, что на неё напали первой, но превышение самообороны говорило само за себя. Удары были точными и сильными, и теперь предстояло молиться, чтобы нападавший выжил.
Ванька рвался к Бородину, еле удерживаемый Верой. А она хватала его за футболку, пытаясь утихомирить, пока всё не закончилось. Он ревел, а Вера уводила его всё дальше от того места, не заметив, как наступила в шоколадное пятно, которое уже успели вылизать бродячие собаки.
Оказавшись дома, она, наконец, достала телефон, принимаясь искать друзей Бородина, потому что в её окружении не было высокопоставленных, способных повлиять хоть на что-то. После нескольких звонков, когда она, собрав в кулак нервозность и сосредоточившись на деле рассказывала о случившемся во всех подробностях, не давая себе перейти на истерику, написала в родительский чат с просьбой откликнуться тех, кто хоть как-то может помочь. Сразу посыпались вопросы и комментарии, люди разделились на тех, кто сопереживал и кто считал, что следовало вовремя остановиться. Только последние деликатно помалкивали, обсуждая это с домочадцами, подругами и родственниками.