Разговор с Элли и в самом деле отвлек меня от мыслей об Арчере, о котором я не сказала ни слова, и в столовую я пришла в самом благодушном настроении.
- Наконец-то, - проворчала Грэмс, когда я вошла в комнату. Ее рука взметнулась вверх в театральном жесте. Можно было подумать, что я неделю отсутствовала дома и вернулась в невесть каком состоянии.
- Добрый вечер, - с улыбкой поздоровалась я со всеми, не желая накалять обстановку. Не стоило оправдываться или огрызаться - я уже успела понять, что Грэмс только это и было нужно. И дело отнюдь не в скверном характере или старческой брюзгливости. Просто Грэмс относилась к разряду тех женщин, которые жить не могут без сцен. В трейлерном парке таких особ было несколько. Мама всегда называла их "актрисами по жизни" или "примадоннами".
Поняв, что со мной каши не сваришь, она обратила свой взор на любимый объект насмешек.
- Патриция, - даже тон ее голоса изменился. Грэмс переплела длинные пальцы в узел и прижала руки к груди, - дорогая, ты сегодня прескверно выглядишь. Ночные гулянки в твоем возрасте до добра не доводят. Посмотри, что они сделали с принцессой Маргарет. А к ее услугам был весь штат королевских косметологов и визажистов.
- Матушка, - в тон Грэмс отозвалась Пэм и с изумительной точностью повторила ее жест, - я бы посмотрела, но не уверена, что найду где-нибудь хронику столь далеких времен. Скажите, в то время кинематограф уже был звуковым?
Я с трудом удержалась от смеха. Грэмс скривилась так, словно укусила лимон, и ничего не ответила.
- Как дела в колледже, Кейти? - как ни в чем не бывало, спросила Пэм и принялась за свой ростбиф. - Уже присмотрела себе какого-то симпатичного парня?
- Эмм... - пробормотала я, растерявшись от такого неожиданного поворота. Пэм истолковала это иначе.
- Или ты по девочкам?
- Патриция! - гневно зашипела Грэмс. Лицо ее покраснело, а от резкого движения жемчужные серьги заколыхались в ушах.
- Что такое? Мне нельзя говорить слова на букву "л"? А как насчет другой стороны? Оскар Уайльд, например, Чайковский?
- Хватит! - на этот раз Грэмс по-настоящему рассердилась. Ее глаза гневно засверкали. - Твои шутки неуместны. Как и подобные разговоры. Я не желаю слышать о людях... Такого поведения, - не сразу нашлась она с формулировкой.
- Ой, мама, прости, не знала, что ты так болезненно реагируешь на упоминания геев, - с театральными нотками в голосе продолжила Пэм. Она явно наслаждалась своей ролью. Видно, любовь к сцене передается по наследству. - Ты знаешь, а это странно, учитывая твой круг общения.
- О чем ты говоришь? - поддалась на провокацию Грэмс. Я замерла, ожидая взрыва.
- Не о чем, а о ком, - торжествуя парировала Пэм. Она жестом указала на пятого участника ужина. - Разумеется, я говорю о Поле. Подумай сама. Все признаки на лицо - единственная женщина в его жизни это чокнутая старушка, годящаяся в матери. Да и ходит он все время так, словно в заду что-то мешает.
Я не смогла удержаться и расхохоталась в голос. Пэм изумленно уставилась на меня, явно застигнутая моей реакцией врасплох, а затем изумление на ее лице сменилось улыбкой и она заговорщически мне подмигнула. Смотреть на Грэмс я не осмелилась, вместо этого неумело закашлялась и потянулась за стаканом. Выглядело это крайне неубедительно. Актерский ген Колтонов мне явно не достался, так что единственное, на что оставалось рассчитывать, моя неумелая игра хоть немного сгладит жесткую промашку.
Помощь пришла откуда не ждали. В столовую зашел Коллин. Не извинившись, он склонился над ухом Норы и что-то ей прошептал. Та тотчас вскочила на ноги.
- Нора! Коллин! - возмущенно воскликнула Грэмс.
- Грэммси, прости, - на ходу закричала Нора. - Экстренная ситуация!
- Нора!
Но ее уже и след простыл.
- Коллин? - беспомощно повернулась к кузену Грэмс.
- Грэмс, ты же знаешь, что со мной сделает Нора, если я хоть слово скажу о ее делах.
Бабушка раздраженно взмахнула рукой и вернулась к еде. Она была раздражена, но, вопреки обыкновению, не стала демонстрировать свое недовольство. Впрочем, несмотря ни на что ужин закончился на вполне дружелюбной ноте. Нора вернулась за стол и с покоянным видом принялась есть, а Коллин, Пэм, Грэмс и Пол завели спокойный разговор о своей знакомой, которая на днях возвращалась домой после того, как овдовела. Всех интересовало, придет ли она на воскресную службу, учитывая, что местное сообщество считало именно ее виновной в том, что несчастный наложил на себя руки.