Опьяненный алкоголем разум не поспевал за происходящим. Все мысли разом выскочили из моей головы, я растворилась в ощущениях. Арчер целовался лучше, чем любой из моих парней и из моего горла предательски вырвался сдавленный стон.
Этот звук, точно громкий хлопок, вывел всех из оцепенения. Лишь когда тишина была разрушена, я осознала, что все это время не слышала ни звука. Арчер, казалось, затмил собою все, заставил исчезнуть мир, окружавший нас.
Он отстранился. Его зрачки расширились настолько, что глаза казались черными. Несколько томительных мгновений Арчер, тяжело дыша, не сводил с меня взгляда, а потом обернулся.
- Все? Утихли? Ральф, отвези домой нашего друга. И чтобы больше я тебя здесь не видел, Майкл. Это понятно? Ты не переступишь порог моего дома, ни в сопровождении подружки, ни в составе баскетбольной команды. Я не желаю тебя здесь видеть. А вы веселитесь!
Последние слова были адресованы уже не Майклу, а гостям. Те охотно им последовали. Вновь тишину нарушила громкая музыка, зазвучали оживленные голоса и люди поспешили вернуться к своим напиткам.
Не добавив ни слова, и не удостоив меня и взглядом Арчер исчез в доме.
- Дженни, - я обернулась к девушке. Я хотела спросить, как она, но Дженни вдруг разразилась громким хохотом. Она смеялась так, что согнулась надвое, и обхватила себя за живот. Я перевела непонимающий взгляд на Нору. Та выглядела озабоченной.
- Дженни, все закончилось, - мягко произнесла она, наклонившись. - Понимаю, ты испугалась. Любой бы испугался. Майкл - просто машина для убийства какая-то. Мне самой тяжело дышать в его присутствии. Интересно, какой у него рост? - вопрос явно был риторическим. - Давай, мы отвезем тебя домой. Я на машине и абсолютно трезвая. Слово скаута.
Наконец Дженни распрямилась. Лицо ее было красным.
- Я думала, - утирая глаза и все еще хихикая, сказала она, - что все эти слухи правда.
- Какие слухи? - не поняла я.
- О вас с Норой и Арчером. Мол, вы спите друг с другом. Я подумала, что поэтому Арчер и избил в столовой Ронни. Тот лишь повторил то, о чем все шепчутся. Все решили, что он взбесился из-за Норы, но оказывается, - она снова захихикала, - он имел в виду не Колина, говоря про минет, а тебя. Вы трое...
- Не мели чепуху, - жестко оборвала ее Нора.
- Чепуху? Сложи два и два, Колтон. Вы трое, Колтоны и Арчер, всегда были неразлучны. Арчер никогда не спал с одной девушкой дважды, точно разочаровывался во всех или ему чего-то не хватало в постели. Кого-то. А потом что-то произошло. Вы трое стали чураться друг друга. Коллин рядом с Арчером ведет себя так, словно оказался в заложниках. Да и та авария. О ней, знаешь ли, многое болтали.
И вот появляется Кейти и в королевской семье снова что-то назревает. Ты такое помнишь, чтобы новичка приглашали за стол мистера Идеала? Да половина команды по плаванию убила бы ради того, чтобы сидеть с Арчером и его компанией. А тут странный девчонка из Сан-Диего.
Дальше больше. Эта девчонка получает мерч Арчера. Даже у тебя нет футболки с именем Джеймса. Вместес тобой она спускается к дорожкам, чтобы поздравить Арчера с победой в заплыве, а потом в его компании приезжает на вечеринку. Нет, даже не так - Арчер сам заезжает за ней чтобы привезти на свою гребаную вечеринку. Сегодня об этом только и говорили. Кто такая эта Кейти Колтон, чтобы сам Джеймс Арчер прислуживался перед ней?
- Финчли, - машинально поправила я. - Моя фамилия Финчли.
- Так что выводы сами собой напрашиваются. Они любовники. И, кстати, забыла, как же было мило, когда после того, как Арчер избил Ронни, наша милая новенькая побежала покупать Арчеру кофе, а потом гладила его по плечу, чтобы тот успокоился.
- Гладила? - в конец опешила я. Кажется, я и в самом деле коснулась его плеча, чтобы отвлечь от разговора с Роджером и поставить кофе на стол, не расплескав.
От услышанного голова шла кругом. Я и представить не могла, что наше общение с Арчером в глазах других может выглядеть таким... интимным. Я поежилась. Все, о чем говорила Дженни, было правдой, я не могла опровергнуть ни одно из ее утверждений. И в самом деле, все это время Арчер был ко мне весьма благожелательно настроен. Но, почему-то, те самые два плюс два в подсчете Дженни вместо четырех давали пять.