Хотя сегодня на ужин были морепродукты, к которым я имел большую слабость, у меня не было никакого аппетита, и я буквально заставлял себя проглотить хоть кусочек.
- Директор Валентайн прислала мне табель. Твоя успеваемость упала. Ты завалил статистику.
Хотя в интонации отца не было и намека на вопрос, я поспешил пояснить.
- Зачет был на следующий после соревнований день. Я попросту не успел как следует подготовиться. Но я уже договорился о пересдаче.
- Но вечеринку ты не пропустил, - он прервался, поднеся ко рту бокал вина. - Кстати, о заплыве. Я видел твои показатели. Они ниже, чем были в марте.
А это было уже подло. Отец как никто другой знал, насколько мне было тяжело выйти на дорожку после травмы. В какой-то момент я вовсе решил, что с плаванием навсегда покончено. Я не мог быть вторым там, где всегда оставался первым.
- Я выиграл заплыв, - напомнил я.
- У кого? У "Акул"? Как будто я не знаю, что это за команда. Они какие в рейтинге? Шестые?
- Пятые.
- И о чем тут говорить? - пренебрежительно фыркнул он. Я прикрыл глаза, пытаясь подавить в себе раздражение. Остался всего лишь день, и он уедет. Только день, половину которого я проведу вне этих стен.
- Как тренер? Полагаю, после смерти сына он взял отпуск?
- Нет.
И это была истинная правда. Хотя прошло не так много времени после аварии, наши тренировки продолжались как раньше. Разве что тренер Дэвис выглядел так, словно разом постарел на десять лет. Нас всех потрясала смерть Ронни, и было странно возвращаться в воду без него. Но именно тренировки не позволили нам по-настоящему проникнуться этой утратой. Да и тренер гонял нас куда как жестче прежнего.
- Звонил Питерс. Он осмотрел твою машину. Мы решили ее не восстанавливать. Пока что можешь пользоваться доджем. Надеюсь, что ты хоть его не убьешь. Две машины за полгода. Это уму непостижимо!
На этот раз промолчать оказалось труднее, и я поспешно отправил в рот морские гребешки. В прошлый раз, когда я разбился на порше, я сказал отцу, что плохо себя почувствовал за рулем. Это была не совсем ложь. Теперь же камаро разнес Ронни. Меня даже за рулем не было в тот момент. Я понимал возмущение отца, но говорить такое с его стороны было неуместно.
- Как эту машину назовешь? - ухмыльнулся он.
Мы не были с ним настолько близки, что бы он знал о моей привычке. Про Нору и Бетси ему разболтала, конечно же, Регина. Она всегда была его маленькой принцессой. Думаю, сестра единственный человек в мире, которого Фред Арчер действительно любит.
- Не знаю.
- Не знаешь? Постой, только не говори мне, что ты никого не трахал с прошлого года, - эта мысль его развеселила. - У тебя дом в полном распоряжении. Чем ты тут тогда занимаешься?
- Пытаюсь оправдать родительские ожидания.
Отец хмыкнул, но оставил неприятный разговор. А мысли мои потекли в другое русло. На языке крутилось имя Кейти, но оно совсем не подходило для вайпера. Пару месяцев назад я, наконец-то, его покрасил. Избавился от вульгарной спортивной полосы, а черный металлик сменил на черную матовую краску. Это была чертовски сексуальная машина, что, конечно не скажешь о Колтон.
Поэтому у тебя на нее встает, - едко прокомментировал внутренний голос. Возразить ему было нечего.
- Кстати, о девочках, - неожиданно продолжил отец. - Сегодня у меня был любопытный разговор с Энжелом Рочестером.
Я мысленно взвыл, понимая, что за этим последует. Рочестр был благочестивым засранцем, который вечно лез не в свои дела.
- Он показал мне интересную фотографию. Ничего не хочешь сказать?
- Ты о поцелуе с новенькой? - не стал я увиливать.
- Вот как? - отец отложил приборы в сторону. - Даже не пришлось пояснять?
- Это же Энжел, - я придал своему голосу пренебрежение, - Чего еще можно от него ожидать? Я слышал, что говорят об этой… Кейти, - я с трудом заставил свой голос держаться ровно. - Но это все глупость. Она самая настоящая серая мышь, и кто-то откровенно веселится, распуская слухи о ее необузданном либидо. А Энжел, как обычно, на все ведется. Хотя, и иногда и он оказывается прав. Ты же помнишь те слухи о Бритни и Дилане? Так вот, они чистая правда.