Выбрать главу

– Чёрт, да я была бы уже на пятнадцатом уровне!

На моего аватара уставились... вот даже не знаю как. А потом Гарадий вдруг расхохотался явно от всей души, покачал головой, одним движением поднялся на ноги и, продолжая счастливо ухмыляться чему-то неведомому, потянул насупленную меня в сторону опустевшей площади.

– Ладно, неисправимая, пока все эти бандиты в отключке, пошли, наконец, на бал!

ГЛАВА 24.

– Ринар, я знаю, что ты здесь и... Ой, Лёля! Э-э, не буду вам мешать!

Матовая стеклянная дверь со звоном закрылась, но почти сразу же распахнулась вновь, являя нам любопытную мордашку хорошенькой светловолосой сиды:

– Кстати, а чем вы тут занимаетесь?

– Вытаскиваем зубы из моей спины.

Стоило это сказать, чтобы увидеть лицо Камелии!

– Не, это определённо заслуживает моего внимания, – ошарашено пробормотала девчушка и, закрыв за собой дверь, решительно направилась в нашу сторону.

– Коротко о наглых родственниках, которых не останавливают никакие засовы, – ворчливо посетовал за моей спиной Ринар.

Я была с ним абсолютно согласна.

Мы расположились на стеклянном – пусть будет – диване посреди сидской гостиной. Дриадская ткань, на удивление, легко поддалась рукам Гарадия. Зубов-шипов оказалось более десяти штук, но я совершенно не чувствовала их извлечения – НПС приметил то же анестезирующее зелье, что и вовремя перевязки моего лба, когда мы с ним пережидали песчаную бурю.

– Вот, магический калека, ты что, не мог-то меня позвать? – возмутилась Камелия, как только узнала, в чём дело. – Тут работа минутная, а ты, как глупый человечишка, мучаешься вручную и тратишь драгоценное бальное время! Всё я забираю этого игрока себе, – меня схватили за руку, буквально сорвали с дивана и впихнули в мгновенно вспыхнувший зелёный портал. – И ты, братик, тоже переоденься: выглядишь как наёмник, который...

Дальше я ничего уже не услышала.

Через несколько секунд в этой комнате – взрыв головного мозга, здесь были вещи стольких разнообразных, совершенно не сочетающихся между собой оттенков – материализовалась и Ками, усадила меня в неожиданно очень удобное кресло перед комодом и торжественно произнесла:

– Ты будешь прекраснее всех!

– Не могу сказать, что это главная цель моей жизни, – сглотнув, нервно призналась я, испытывая почти непреодолимое желание сбежать. – Может, лучше пара-тройка мутантов?

– Просто молчи! – душевно посоветовала не на шутку разошедшаяся НПС.

И полетели зелёные вспышки...

 

***

 

Минут через десять я в несколько пришибленном состоянии осторожно спускалась по широкой стеклянной лестнице без перил в главный зал поместья Гарадиев. На мне было белое платье из какого-то невообразимо зеркального и в то же время мягкого, как шёлк, материала, открытое (бедной змейке пришлось спешно скрываться в моём инвентаре), но изящное и очень простое, с подолом до колен и шлейфом до пяток. Туфельки были отдельной темой – хрустальные, со спиралевидными застёжками до середины икр и жуткими каблуками-кинжалами! Хорошо хоть волосы Ками пожалела: оставила их распущенными, только вплела магией тысячи сверкающих камешков – оказалось, что это тоже чистый горный хрусталь.

– Ты круче, чем Королева! – вынесла странный вердикт гордая своими трудами сида.

Выдавила улыбку. Не, в отражении я, скорее, нравилась себе, нежели нет – да что там, была похожа на коренную жительницу Олимпа, но... Ну для чего это в самом деле?! Если что, сражаться будет одно мучение!

И оно (я о мучении) не замедлило явиться, когда я, наконец, приблизилась к первому этажу. До пола не хватало ступенек двадцать! Хм, очередной сомнительный юмор сидов? По гигантскому залу бродили сотни разряженных ещё пуще, чем я, существ – вампиры, оборотни, дриады, эльфы, сиды, даже явно чистокровные люди, но ни одной мало-мальски знакомой физиономии!

К счастью, вверх тоже никто из них не смотрел, поэтому уже отважилась прыгнуть, как:

– Лучше с боковой стороны.

С удивлением узрела Нейта, который стоял как раз под стеклянной лестницей, а сейчас приблизился к её правому краю. Ему удивительно шёл этот стильный чёрного цвета костюм, расшитый серебряной нитью, а гладко выбритое лицо вообще делало почти что неузнаваемым.