С этой милашкой вообще нужно быть осторожнее!
– А вы присаживайтесь, не стесняйтесь, – продолжала весело щебетать сида-НПС.
Мягкий зелёный свет возник в центре её ладони и ударил в лиану с мелкими жёлтыми соцветиями. Как только вспышка прошла, на том месте гостеприимно покачивались три кресла из ротанга.
– Не подумай обо мне ничего плохого, но, кажется, я начинаю жалеть, что не отговорил тебя от этой затеи, – шепнул мне на ухо Даг, витиевато сетуя, что Камелию не сожрала мантикора.
Я пихнула его локтём в бок, чтобы заткнулся, и потянула к намагиченным креслам. Тут моё внимание привлекла крупная зелёная жаба, выглядывающая из-под раскидистого куста.
– Один из назойливых поклонников? – шутливо спросила у Ками, которая уже перекинула босые ноги через ручку кресла и задумчиво покачивала ими в воздухе.
– Мой ассистент, – охотно просветила нас девочка. – Супруга Имария – ещё более тоскливая, чем он сам – приставила ко мне няньку-телохранителя. Вампира! Этот тухлый мутноглазый кровосос всё время путался под ногами, бубнил какую-то муть и даже не подчинялся моим приказам! А теперь вот, цены ему нет: дегустирует все мои зелья и новые сорта ягод.
Судя по её тону, несчастному вампиру оказана великая честь.
– Кстати, если голодные, можете отведать вон те тёмно-синие. К другим лучше не прикасайтесь!
– А что, ядовитые? – с заметным сарказмом предположил Дагон.
Сида передёрнула хрупкими плечиками:
– Братец использует их для пыток. Для каждой расы – свой сорт, но люди, что интересно, травятся почти всеми. А у вас, двоих полудохлых умертвий, и без того такой вид, будто годами не возрождались, так что лучше не рисковать, – нас придирчиво осмотрели, красноречиво сморщили носик и, наконец, смилостивились: – Есть что-нибудь, в чём вы беспросветно нуждаетесь? Хотя о чём это я спрашиваю, всё говорит за себя!
Тут её взгляд упал на собственный кричащего цвета подол, и Камелия состроила брезгливую гримаску:
– Тьфу, слюна голодного кровососа, до икоты ненавижу розовый!
– Тогда зачем нарядилась в такое платье?
– Чтобы выглядеть безобидной дурой! – пояснили мне как нечто само собой разумеющееся.
Зелёная вспышка, окутавшая её всю, и перед нами уже сидит девушка-подросток с лицом Ками, в элегантном маленьком чёрном платье весьма странного материала, напоминающего мириады переплетённых узорами паутинок, и в таких же чёрных, до локтя перчатках. Детские косички превратились в элегантную вечернюю причёску, открывающую тонкую изящную шейку, в ушках засверкали бриллианты, только ноги так и остались босыми.
– Я и возраст скосила себе почти на десяток лет с аналогичной целью, но мантикора средь бела дня... Чтоб их всех драконы не переварили да выплюнули! Вонючие задницы троллей! Лысые одержимые мумии! – экспрессивно ругаясь под нашими шокированными взглядами, девчушка разъярённо стукнула по своей ноге кулачком. – Как они вообще умудрились меня отследить?!
– Значит, это было очередное неудачное покушение?
– Неудачное лишь благодаря тебе, Лёля, – сида посмотрела мне в глаза с неожиданной серьёзностью. – Поэтому первым делом я займусь твоей жуткой огроподобной одеждой!
С моих губ сорвался нервный смешок. Не обращая на меня внимания, она задумчиво добавила себе под нос:
– У меня как раз завалялся один костюм, только подогнать его по размеру...
Минут через десять, после многочисленных зелёных вспышек, от которых я, кажется, заработала хронический нервный тик, мой аватар стал совершенно другим человеком! Рубашка с длинными рукавами, затейливой шнуровкой и высоким воротом, обтягивающие брюки и сапоги до голени – всё было сделано из одного тёмно-изумрудного, почти чёрного материала, нереально приятного наощупь, очень прочного и эластичного. Шипастая подошва сапог отличалась такой мощностью и одновременно гибкостью, что казалось, можно ходить и по острым камням, и карабкаться вверх по скалам. Вид же моей новой одежды поражал своей запредельностью! Тончайшая и одновременно очень плотная вязка со сложнейшими узорами – её изящную волшебную красоту словами не описать.
Когда Ками материализовала зеркало, я испытала дичайшее сожаление, что никак невозможно забрать эти шмотки в реал. Но, по крайней мере, больше ни у кого не повернётся язык назвать меня нубкой! Даже притихший Дагон начал странно поглядывать в мою сторону – ручаюсь, это была зависть.