***
Леа то и дело крутила головой по сторонам, пытаясь понять, что же не так. Они уже давно шли по джунглям, обогнули стадо тапиров, перебрались через ручей с холодной водой, вовремя свернули с территории невадос. Вокруг была прежняя зелень, крики птиц, шорохи, гомон, треск и поскрипывания. Все так и не так одновременно. Масдах, казалось, чувствовал то же самое. Шаг его стал более вкрадчивым, он попросил Уэка не забегать вперед. А теперь вообще резко остановился и, прикрыв глаза, поворачивал голову, прислушиваясь и принюхиваясь. Леа попыталась сделать то же самое. Но и это не помогло. Зато когда она открыла глаза, то еще пару раз моргнула, пытаясь поверить в происходящее.
И тут же посмотрела на сына.
Уэк рассматривал двух полуобнаженных девушек, заходивших с двух сторон, широко раскрытыми глазами. Такого он еще в джунглях не видел. Да вообще нигде не видел. Убедившись в безопасности сына, Леа снова посмотрела на незнакомок.
Высокие, смуглокожие, с хищными движениями, они закружили вокруг масдаха. Подтянутые тела совсем немного прикрывали какие-то клочки тканей, связка уаков на шее, на поясах привязаны боло с тремя камнями, а ноги до колена обмотаны шкурами. Похожие лица с чуть раскосыми глазами, длинные блестящие черные волосы одинаково завязаны в хвосты тесьмой с перьями.
— Ягуар? М-м-м, — вкрадчиво произнесла одна незнакомка урчащим голосом, продолжая сужать круг вокруг Науэля.
— Инициированный? М-м-м, — с довольным прищуром поддержала вторая.
И уже вместе:
— Свободный… М-м-м.
Что?! Да как они смеют! Леа почувствовала, как звериное возмущение поднимается в ней, горло напряглось от желания зарычать. Она сглотнула и посмотрела на масдаха.
Он улыбался.
Он улыбается?! Ах, он улыбается?!
Ярость переполнила Леа. Действуя быстрее, чем могла подумать, она кинулась вперед, и, прикрыв собой Науэля, зашипела, скрючив пальцы, как когти.
Амазонки остановились, с удивлением рассматривая Леа. Она и сама часто заморгала, стараясь понять, что на нее нашло. И ощутила, как теплая рука Науэля обняла ее за талию.
— Так ты у меня собственница? — проурчал масдах ей на ухо. — Не согласна делиться своим?
Чувствуя, как жар заливает щеки, Леа локтем толкнула назад.
— И совсем ты не мой.
— Так ягуар свободен? — тут же заинтересовались амазонки.
— Нет! — низко рыкнула Леа и тут же прикрыла рот рукой.
Науэль рассмеялся, еще крепче прижимая ее к себе.
— Зенна, Кашири, не провоцируйте пуму, — еще одна амазонка вышла из-за деревьев.
Да сколько же их тут?!
***
Дождь шумел и стучал по листьям деревьев, сливаясь в потоки воды на земле. А под навесом, сплетенным из листьев капу, было сухо. По периметру амазонки вырыли неглубокий ров, отводящий воду в выложенную камнями и листьями купальню. В центре горел костер, потрескивая сухими ветками, и Леа щурилась, протягивая руки к теплу. Они успели немного промокнуть, пока добрались до стоянки амазонок. Леа отдала свою накидку Уэку и заставила его сесть поближе к огню. Но не слишком близко.
— Замерзла? — Науэль расположился за ее спиной, обнимая руками.
Леа уже привычно шикнула, не вкладывая в это ненависти.
— Она что, всегда такая? — удивилась Кашири. — Может, передумаешь, Науэль? — вкрадчиво предложила она.
Леа хмуро посмотрела на амазонку, а та искренне улыбнулась, похоже, получая наслаждение от своих подначек. Науэль рассмеялся. Не обращая внимания на возражения Леа, он обнимал ее крепче.
Нет, все-таки хорошо, что племя уэкских пум не жило одной сплоченной общиной. Столько много своевольных кошек на одной территории - это было бы слишком. Джунгли были поделены между семьями, они не конфликтовали, но без лишней надобности не лезли к соседям. Это Леа вполне устраивало. Когда закончатся дожди, амазонки обещали помочь им добраться до лякта — старейшины племени уэкских пум.
Именно этот свободолюбивый народ все это время разыскивал Науэль, чтобы присоединиться к ним.
Слушая тихий голос Зафрины, рассказывающей Уэку легенду о Ильяпи, Леа чувствовала, как и сама расслабляется, наконец откидывая голову на плечо обнимающего ее Науэля. Он коснулся губами ее шеи, и Леа поерзала от сладких мурашек.
— Я знал, что тогда, на императорском аймару, ты бросишься за нашим сыном, — шепнул он ей.
Сначала Леа не поняла, про что он говорит, но потом вспомнила, как прыгнула в воду, когда Науэль забрал Уэка с императорского корабля.
— Но… ты же… зачем? — удивилась Леа, поворачиваясь так, чтобы видеть лицо масдаха.
— Выкрасть вас с Акальваси не получилось, ты почему-то избегала побережья. У меня оставался последний шанс, — пояснил Науэль.
Но Леа спрашивала совсем не об этом. Ее интересовало, зачем масдаху нужны она и ее сын. Хотя масдах ли он? Слишком не похоже его поведение на легендарных бесчувственных убийц. Но она же видела камни и диски на его спине. Чувствовала их, когда прижимала ближе, требуя ласки. Как и шрамы, оставшиеся от вырванных уаков. Это она же тогда, в храме Кильи выцарапала их.
— Так ты свободен, — наконец поняла она, проводя ладонью по спине Науэля, чтобы ощутить недостающие детали рисунка.
— Да, — кивнул он. — Если никто не восстановит абравез на моей спине. Если выдержу такое, то снова стану другим.
— Тогда я снова его сцарапаю! — уверенно заявила Леа.
— Тогда ты не сможешь до меня добраться. Даже если встретимся, масдах не повторяет своих ошибок, — Науэль покачал головой, медленно проводя пальцами по щеке девушки. Впервые она сама потерлась о его ладонь без всякого принуждения.
А потом повернулась, опять прижимаясь спиной к его груди. Она не видела смысла возражать, что все равно попыталась бы снова сцарапать его абравез. Спор бесполезен, каждый из них знал, как поступил бы в этом случае.