— Аллийма? — позвала Леа, и ее голос прозвучал чуть громче шепота.
Неудивительно, что никто не отозвался.
Сощурившись, Леа медленно осмотрела комнату, и, когда взгляд ее добрался до окна, будто яркой вспышкой она вспомнила все. Эмбри был здесь и… он украл ньюсту?! Или она сама пошла с ним? Или… неужели Аллийме не хватило Сэмина, и она захотела отобрать у нее еще и Эмбри?!
Нет, похоже цветок чапары, которым ее одурманили, слишком странно подействовал на ее мысли. Как вообще такое могло прийти ей в голову?
Но тогда что произошло? Хотя какая разница? Ей надо найти Аллийму! Позвать охрану? Леа метнулась к двери, но остановилась, так и не коснувшись ее. Если ньюста сама ушла с Эмбри, то все наказание снова достанется ей — Леа. Она должна найти ньюсту. Леа решительно пошла к окну. И снова остановилась. А если ньюсте угрожает опасность, а она одна не справится? У-у-у, как же сложно думать такой головой! Девушка несколько раз постучалась лбом о каменную кладку стены. Думать легче не стало, только теперь болел еще и лоб. Потерев его, Леа высунулась из окна, чтобы вдохнуть ночной воздух — может, хоть он добавит ей ясности ума? Прикрыв глаза, она вдохнула и выдохнула. И как-то четко поняла — Аллийма еще совсем недавно была здесь. Она сможет ее догнать, а там решит, стоит ли ругаться с ньюстой.
Вот только спускаться вниз по стене оказалось не так просто, как в прошлый раз. В голове все еще гулял дурман, хотелось свернуться клубком где-нибудь в теплом уголке, а не лезть по холодной стене непонятно куда. Но, прикусив губу, Леа продолжала путь вниз.
В этот раз она снова решила спрыгнуть заранее. Леа торопилась спуститься, пока не появились из-за поворота пукару, а потому просто оттолкнулась от стены и мягко приземлилась на ноги. Вернее, постаралась сделать это, но чуть не рассчитала, и поэтому пришлось опереться на руки. Еще пару раз, и она по привычке начнет выходить из спальни ньюсты лишь таким образом.
— Леа? — удивлению в этом голосе не было предела.
Вот только и самого Сэмина девушка ожидала увидеть здесь меньше всего. Парень выступил из затемненного алькова в стене, где до сих пор стоял.
— Что ТЫ здесь делаешь? — спросила непонимающе Лея.
Что это за паломничество к спальне ньюсты?!
— Я ждал Аллийму, мы… — Леа показалось, или скулы Сэмина стали чуть краснее? Неужели они собирались?.. Все правильно, сегодня же праздник равноправия. И тот, кто первым встретит приход Инти, омываясь при этом в купальне, будет счастлив вместе. Леа ожидала, что это ее хоть как-то заденет, кольнет болезненной иглой сердце, но вместо этого лишь мысль: Неужели для этого Эмбри нужна была принцесса?
Нет, что-то здесь не так. И она в этом собиралась разобраться.
— Пошли, все равно ньюсты нет в спальне.
— А где же она?
— Вот и мне это интересно.
Леа прикрыла глаза, прислушиваясь и принюхиваясь одновременно. И с какой-то четкостью поняла, куда ей двигаться. Как будто кто-то пометил для нее дорогу яркими тряпицами, как в игре Хауд. Лишь бы загадки оказались не сложны.
Девушка начинала все сильнее хмуриться — за все то время, что они шли по саду, им не встретился ни один пукару. Даже если бы они хотели попросить помощи — было не у кого. Лунный свет серебрил траву и деревья, игрался бликами на защитных плитах стен, и как будто они одни в этом мире. Лишь крики ночных птиц, да шорохи мелких животных в траве.
Громкое кваканье жабы заставило вздрогнуть и начертить знак солнца. Хотя он был абсолютно неуместен для этой часть сада — они вошли в лунную интипампу — пастбище для жертвенных животных Кильи. Сейчас здесь никого не было, но среди деревьев, цветов и ароматных трав все чаще попадались статуи животных. В свете луны казалось, что серебряная ящерица испугается их и убежит с камня. Что заколосится под ветром жертвенный маис, вспорхнет тонкокрылая серебряная бабочка, вскинет голову косуля и посмотрит на затаившуюся пуму. Может, поэтому и раздражало, что шедший сзади Сэмин так громко дышал. Хотя его присутствие рядом успокаивало.
Леа передернула плечами, проходя мимо серебряного ягуара, но след вел ее к закрытой пирамиде Кильи. Правда, оказалось, что не такой и закрытой. Запретный камень был сдвинут в сторону, приминая высокую траву.
Внутри было тихо, но Леа не сомневалась — ньюста там.
— Жди здесь, — прошептала она. Почему-то говорить громче казалось кощунством. — Если мы с Аллиймой не выйдем, как луна сместиться на палец, зови помощь.
— Я пойду с тобой, — возразил Сэмин. Он говорил так громко, что Леа захотелось его придушить.