Он бросился на Санаса, тот, не теряя самообладания, увернулся от летящего на него сверху лезвия топора. Но охотник не оставил попыток избавиться от молебника. Он снова замахнулся. Сбоку подскочил Мезерс, скрестив с ним оружие и толкнув Санаса. Парень слетел с виселицы на камни площади, недалеко от себя он увидел недавно брошенный им же кинжал Ирисы. Молебник встал и подобрал оружие.
«Бауэр не считает меня противником. Он думает, что я не могу убить его. Не видит во мне опасности. Что ж, это мне на руку. Надеюсь, он будет сильно увлечен боем с Аланом».
Санас обошел виселицу и зашел по ступеням позади Бауэра. Тот удачно зажал капитана в углу, заставив его перейти в глухую оборону. Под ногами молебника не скрипнула ни одна доска, ни один лишний шорох не выдал его присутствия. Дыхание замедлилось, пальцы покрепче сжали кинжал. И когда Бауэр на мгновение прекратил атаковать, молебник быстро, но в то же время уверенно и плавно, вогнал кинжал в шею охотника. Острие вышло спереди, разрезая кадык. Санас тотчас вынул оружие, чтобы дать крови выход. Из горла охотника послышалось бульканье, видимо его легкие заливала собственная кровь. Он, еле дыша, обернулся и тихо выдавил:
- Ты же молебник…
Бауэр кашлянул, кровь вырвалась изо рта, попадая на лицо парня. Санас сделал пару шагов назад, давая телу охотника упасть. Шокированный Мезерс застыл в углу виселицы, не веря глазам – человек церкви только что совершил убийство. А Санас спокойно отер кинжал об одежду мертвого охотника.
- Решил взять грех на душу? Думаешь, церковь простит? – наконец выдавил Алан.
- Церковь не узнает, - ответил молебник. – Как и не узнает, что ты бросил меня с Ирисой умирать в лесу. Согласен?
- Кажется, теперь не только ты хранишь мои секреты, – ухмыльнулся капитан.
- Мы друг друга стоим, - буркнул молебник и спустился с виселицы вместе с капитаном.
Двое из охотников, что были на стороне Бауэра, бросили оружие, сдавшись. Третьего уже усмирили, проткнув грудь насквозь. А Пирс, стоявший все это время на краю площади и обстреливая охотников, оскалился, вынул меч и побежал прочь по улицам города.
- Я разберусь, - сказал капитан и кинулся следом.
Санас остался стоять на площади. Он отер рукавом лицо и посмотрел по сторонам. Вокруг уже не было ни горожан, ни детей. Стражники все-таки смогли заставить людей покинуть это место. Двое погибших лежали на помосте виселицы, еще двое – на площади. Отряд потерял четверых в собственных распрях и, скорее всего, потеряет еще одного – Пирса. Как объяснить это церкви, не ставя никого под удар? И самое плохое – Мезерс не погиб. Да, сейчас он помогает Санасу, но когда они вернутся в город…
- Сансет! – окликнула его Ириса, выбежав на площадь. – Все дети в городской церкви, их оказалось двадцать семь. Они испуганы. Там много людей, они успокаивают малышей, но что нам с ними делать дальше?
- Мы повезем их в Круг, - уверенно отозвался молебник. – Ты ранена, оставайся с ними, а я с остатками отряда попробую найти причину проклятья.
- И где же вы будете искать эту причину?
Санас ничего не ответил. К паре подошли остальные выжившие охотники, ведя за собой двоих со связанными за спиной руками.
- Что с трупами? – спросил охотник со шрамом на лице.
- Сжечь, - тут же распорядился молебник. – Оружие забрать. Этот метал слишком ценен, чтобы бросать. Отдадим на перековку в Круге.
- Уважаемый, - вдруг послышался знакомый голос.
Отряд обернулся, из-за ближайшего дома выглядывал старый управляющий, Санас подошел к нему вместе с охотниками.
- Вы меня звали? – сухо спросил он.
- Вы как-то спросили про шахты под городом, - неуверенно начал старейшина, бросая взгляд на поредевший отряд. – И я поначалу не придал этому значения, но потом начал вспоминать. У вас отличная интуиция, кое-что и правда случилось в шахтах восемь сечей назад.
- Расскажете мне об этом в вашем доме чуть позже, - прервал его Санас и повернулся к отряду. – Соберите погребальные костры для охотников, а я с Ирисой пока навещу детей в церкви. Надеюсь, вы теперь уверены в своих решениях, и никто из вас больше не поднимет бунт. Хватит смертей…
- Развяжите руки, - вдруг попросил один из побежденных. – Мы больше не ослушаемся приказа, клянусь перед Архоном.
- Эти слова еще что-то значат для вас? – грустно улыбнулся Санас.
- Молебник, нас осталось слишком мало, чтобы продолжать войну. Если я ослушаюсь хоть одного приказа, пусть капитан без слов отрубит мне голову.
Парень хмыкнул и, немного помолчав, ответил:
- Ладно. Освободить обоих. Оружие не давать.