- Я о том же говорил, - улыбнувшись, хмыкнул Санас и посмотрел на Никана.
Тот смерил охотника недовольным взглядом:
- О чем думает старейшина – его дело. Наше – выполнять его распоряжения. Ни больше ни меньше. Он распорядился, что этот молебник должен идти с нами и его приказы ставятся на уровень с моими. Ваше дело выполнять. Все ясно?
- А если ваши приказы разойдутся? – хохотнул какой-то парень у костра.
- Не разойдутся, - ответил Санас, удивленный таким поворотом событий.
Когда охотник отошел, явно не удовлетворенный ответом, Сан наклонился ближе к капитану и шепотом спросил:
- Это ты посодействовал насчет приказов?
- Нет, - отмахнулся Ник. – Тисан сам так решил. Мол, вдруг у тебя какие идеи появятся по поводу усмирения нежити, без убийства.
- Вот как…
Глава 3. Неистовство. Часть 10
К закату следующего дня отряд беспроблемно добрался до деревни Волчанка. Их встретил староста – преклонного возраста мужчина с лысиной на затылке, который сразу же пригласил охотников в гостевой дом. Там двое юных мальчишек заперли за охотниками дверь на тяжелый засов и закрыли все окна.
- Зачем такие меры? – удивленно спросил Никан, садясь за стол со старостой.
- Так ведь мертвецы вылезают, уважаемый. Их много. Надо оно вам? Завтра с утра и начнете разбираться, почему они лезут.
- Как же мы узнаем причину, если не увидим их, батенька? - ответил Никан. – Расскажите мне, с чего все началось, а потом мы уйдем, несмотря на мертвяков.
- Началось все недели две назад, когда у нас ведьму тута сожгли, - почесал макушку старик.
«Опять все из-за женщины, - подумал Санас, вспоминая Аниту. – Опять кто-то мстить решил. Как будто себя вижу со стороны в этом горе-мстителе».
Парень разочарованно нахмурился.
- Вы сами сожгли ведьму что ли? – переспросил Никан. – И кто вам сказал, что она ведьма?
- Дык, она постоянно в лесу ошивалась и чего-то варила у себя в лачуге. Все ее стороной обходили. А когда померла ее бабка, а потом ожила, вообще все ясно стало.
- Ведьмы не умеют оживлять умерших. Проклятье, - процедил сквозь зубы уже начавший злиться командир.
- Да ведьма она была, точнехонько! – вступилась за старосту его жена, сидевшая неподалёку у печи.
- Дальше что? – рыкнул капитан. – Сожгли вы девицу, что потом?
- Ну, закопали останки за кладбищем. И буквально через пару дней трупаки из болот полезли, бродить стали везде. А как кого живого увидят, так жрать кидаются. Страшные.
- Почему вы заявили, что именно утопленники к вам повадились?
- Да потому что из болот лезут, говорю же. Это явно магические твари, - шепеляво ответил староста. – На кладбище-то мы только прах да останки хороним.
- Ясно, - капитан замолчал, переваривая услышанное. – Что думаешь, Сансет?
- Думаю, никакой ведьмой девушка не была, - ответил тот. – Была травницей, лечила тяжелобольную бабушку. Суеверные жители решили, что она ведьма и устроили самосуд. И теперь кто-то, кому она была дорога, стал нежитью, или возможно уже был ею, и решил отомстить деревне.
- Вероятнее всего…
- Где жила девушка? – обратился Санас к старосте. – И что стало с бабушкой после ее гибели?
- Померла сразу же. Ведьма, говорим же. Как ее магии не стало, так и бабки не стало.
Никан недовольно рыкнул, уставившись на старосту:
- Жила где?
- Да на северной окраине, уважаемый. Домик пустует, бабку мы тоже сожгли.
Никан зло выдохнул, махнул отряду рукой, и пара охотников убрали с двери массивный засов. Капитан вышел на улицу, следом – Санас с отрядом. Двери за ними быстро захлопнулись. Солнце уже зашло, на землю опустился неестественный зеленоватый туман. В воздухе сильно пахло сыростью. Санас поморщился и двинулся вслед за Никаном, который уже отправился на северный край деревни. Все окна и двери домов были крепко заперты, как обычно бывают заперты дома в Черную луну. Дойдя до нужного домика, весь отряд зашел внутрь, чтобы не привлекать лишнего внимания нежити. Взору предстала кухонька обычной старенькой лачуги. На стенах висели связки сухих трав, в печи стояла большая кастрюля с прокисшим заплесневелым супом, на столе пылились немытые тарелки и кружки. Санас уловил тонкий цветочный запах и отправился по нему, пока отряд осматривал кухню. Он прошел в маленькую комнатенку. Из мебели там стояли всего лишь одна кровать, небольшой стол со стулом и открытый сундук с одеждой. На столе лежала маленькая книжка в мягкой коричневой обложке. Санас открыл книжицу, закладкой которой служила засушенная желтая ромашка. И сразу понял – перед ним дневник девушки. Ромашка все еще источала приятный запах, который никак не вязался с окружающей обстановкой. Парень перелистал несколько страниц назад, бегло проходя глазами по строчкам чужой жизни.