- Я вас предупреждал, уважаемый, - послышался голос старосты из домика. – Я уже никого не пущу, вдруг какая тварь заберется.
- Это и не нужно, - ответил капитан. – Скажите лучше, где-то в окрестностях растет плакучий сотинник?
- Сотинник? – в голосе старосты послышалось немалое удивление. – Есть такой. Один-единственный на всю округу. Немного к северо-западу от деревни. Токма не ходили бы вы туда по ночи. Проклятое место там.
- Вот и хорошо, - с усмешкой ответил капитан.
Отряд вышел из деревни. На них то и дело нападали неизвестно откуда берущиеся утопленники. Они как будто материализовались из самого тумана. Чем дальше на болота заходили охотники, тем больше становилось нежити. Санас старался быть ближе к Никану, тот лишь держался за рукоять меча, но не доставал его из-за спины. Молодые охотники быстро расправлялись с угрозой, прокладывая дорогу на северо-запад. Пустынные болота не давали и намека на деревья. Под ногами противно булькало, обоняние резал запах разложения. Но Санас разглядел в тумане блеклые очертания, напоминающие небольшую гору.
- Нам туда, - сказал он отряду.
Охотники тут же последовали указаниям, изменив путь. Подойдя ближе, отряд увидел, как сквозь завесу колдовского тумана стали проступать очертания плакучего дерева. Старое, раскинувшее длинные прутья почти до самой земли, оно тихо шуршало желтоватой листвой. Нежить полезла из тумана с новой силой, казалось, им не было конца. Отряд отбивался, даже Никан достал из-за спины меч и пустил его в дело, рубя утопленников по несколько за раз.
- Широн, мы не собираемся нападать! Давай поговорим! – крикнул Санас в сторону дерева.
Но мертвые не прекратили свое наступление. Даже наоборот усилили. Одного из молодых охотников уже укусили за руку. Он закричал, отбрасывая в сторону половину надоедливого утопца.
«Широн, пожалуйста, хватит! – крикнул Санас магией Нохра. – Давай поговорим! Обещаю, охотники тебя не тронут!»
И утопленники вдруг остановились… Они перестали нападать, смотря на отряд мертвыми глазами. Один из охотников хотел было воспользоваться моментом, но Санас громко скомандовал:
- Всем стоять! Пока нежить не нападает, вы тоже ждете!
Отряд недовольно забубнел, но выполнил приказ. Никан тихо хмыкнул. Ветви дерева покачнулись и отодвинулись. За ними стали видны человеческие очертания. Лишь желтые светящиеся глаза без зрачков и белков выдавали инаковость человека. Санас обошел одного из охотников, что перекрывал его путь к проклятому, и двинулся к дереву, проходя меж неподвижно стоявших утопленников. Никан попытался последовать за другом, но один утопленник тут же встал перед ним, преграждая путь.
- Сансет! – крикнул капитан.
- Не волнуйся, - поднял тот руку, удаляясь от отряда в туман.
Но до самого дерева не дошел, остановившись так, чтобы обе стороны его видели. Взгляду Санаса предстал тощий парень с черными волосами до плеч, кожа сероватого цвета оттеняла горящие желтым глазницы.
«Поговори со мной начистоту, так, чтобы охотники слышали», - снова отправил он магический посыл проклятому.
«Зачем мне это?» - послышалось в ответ.
«Чтоб никто больше не умер, включая тебя».
Тот нахмурился, но все же кивнул.
- Широн, я знаю, что произошло, - начал Санас. – И я тебя не виню. Ты любил девушку и желаешь отомстить за нее деревне. Но я прошу тебя прекратить. Это ни к чему не приведет.
- Это приведет как минимум к смерти дураков, что объявили ее ведьмой, - ответил парень.
Его слова эхом разнеслись по туману.
- И что это даст? Девушку к жизни ты уже не вернешь, а охотники будут обязаны обезвредить тебя, если ты не прекратишь убивать. Послушай, - Сан сделал шаг вперед, сделав голос намного тише. – Я знаю, каково терять близких. Я знаю, каково это, когда хочется мстить и убивать. Но поверь, месть не даст облегчения. Она даст только разочарование в собственных поступках.
Проклятый сделал пару шагов вперед, выходя из густых ветвей дерева и остановившись от Санаса на расстоянии вытянутой руки. Охотники позади зашевелились, но на перехват не кинулись.
- Почему ты с ними? – почти шепотом спросил Широн.
- Потому что хочу прекратить бесконечные смерти невиновных проклятых и невинных людей.
- Эта деревня не невинна, брат. Они смеялись и пили за ее смерть, крича имя Архона и празднуя «восторжествовавшую справедливость». Какая справедливость в ее смерти?
- Ее нет. И они не правы. Я сделаю все, чтобы они ответили за свои поступки, но не так. Не через смерть. Они умрут, так ничего и не поняв. Какой толк тебе в этом?
- И что же ты можешь сделать? – выкрикнул вдруг Широн.