— Ты совсем не можешь летать? — продолжил он.
Я отчаянно хотела солгать, но в комнате стоял человеческий детектор лжи. Кроме того, учитывая, какой бледной стала моя кожа, было очевидно, что я дышала на ладан.
— Как долго?
Вопрос моего брата был подобен шальной пуле, просвистевшей по комнате в поисках своей цели.
Сайлас поёрзал в бежевом кожаном кресле.
— Невозможно сказать, но, по словам Грегора, как только у неё выпадут волосы, у нас останется пара часов.
Как будто разговор о моих волосах напомнил ему о его собственных, он затянул кожаную ленту, которая удерживала длинные до плеч пряди от падения на лицо.
— Все узы, установленные между фейри, исчезают в ту секунду, когда фейри умирает, — Сайлас посмотрел на моего брата, — так что потенциально мы можем подождать, пока Лили не потеряет волосы, но ожидание сопряжено с риском. Если она потеряет волосы ночью, и никто не заметит до утра…
— С этого момента Лили будет находиться под круглосуточным наблюдением, — сказал Эйс.
Я ахнула.
— Даже не пытайся возражать, Лили. Я твой брат и твой король.
Я сердито посмотрела на него. Способ господствовать надо мной, брат.
— Я буду наблюдать за тобой в течение дня. Кэт будет с тобой ночью.
Кэт не кивнула. Очевидно, это ранее уже обсуждалось. Она переплела пальцы на коленях и бросила на меня извиняющийся взгляд. Она была не единственной, кому было за что извиняться.
Мой брат и Каджика с другой стороны…
— Каджика, ты можешь идти, — сказал Эйс. — Спасибо тебе за… помощь.
Охотник не сдвинулся с места.
— Я сделал это не для тебя, Эйс.
Пятеро лусионаг напряглись. Все посмотрели на Эйса, ожидая от него приказа. Мой брат ничего не сказал.
— Я останусь, — сказал Каджика.
Не глядя в его сторону, я выплюнула сквозь нашу связь: «Я бы предпочла, чтобы ты ушёл».
— Я могу её слышать. Если она запланирует сбежать, я смогу сказать вам.
Тишина окутала комнату.
Я нахмурилась, и это заставило Кэт приподнять бровь.
«Я не буду убегать. Обещаю», — я сделала знак своему брату, надеясь, что он сможет заставить охотника уйти.
Каджика хмыкнул.
— Никто не отдаёт мне приказов, Лили.
Эйс изучил охотника, затем он изучил меня. Мой глупый хмурый взгляд, казалось, повлиял на его вердикт.
— Отлично. Ты можешь остаться.
— Разве у тебя не намечается бой, вентор? — спросил один из лусионагов.
— Ты в курсе моего рабочего графика?
Золотые глаза лусионага неловко блеснули.
— Мы отслеживаем расписание и местонахождение каждого охотника.
— А мне представлялось, что нас больше не считают врагами.
Охранник изменил позу.
— Он имеет в виду, что мы отслеживаем всех фейри, когда они находятся на Земле. Не только Неблагих, — внёс разъяснение Сайлас.
— Ты не следил за Лили, — губы Каджики едва шевелились, когда он говорил это.
Сайлас превратился в гранитную глыбу. Только его взгляд переместился… прямо на моего брата.
«Я поймала телохранителя в ловушку. Это не их вина».
— Я думал, ты больше не обращаешься ко мне, Лили.
Я сжала пальцы в кулаки и сильно сжала, представляя, что они сжимают горло Каджики.
Охотник ухмыльнулся. Он, чёрт возьми, ухмыльнулся! Вместо того чтобы вести себя как взрослая, я ушла из гостиной в свою спальню и захлопнула за собой дверь с такой силой, что задрожали петли, а затем бросилась на кровать и зарылась лицом в подушку. Мне хотелось закричать и ударить кого-нибудь. Предпочтительно Каджику.
Раздался тихий стук в мою дверь.
— Лили, это я, — сказала Кэт. — Я войду, ладно?
Когда дверь открылась, я перевернулась на спину, чтобы убедиться, что она была одна. У меня не было никакого желания видеть ни кого другого. Даже Круза. Во всяком случае, пока.
Закрыв дверь, она подошла, села рядом со мной на кровать и взяла один из моих кулаков в свои ладони. Она разжала мои пальцы, затем скользнула своими сквозь мои, переплетя их. Она не была Благой, но её кожа была такой же тёплой, как пол из травертина с подогревом в ванной комнате.
— Не расстраивайся. Мы все просто пытаемся защитить тебя.
Я покачала головой. «Я никогда не просила защиты», — показала я.
— Семья так не работает. Ты никогда не просишь защиты. Ты просто естественным образом принимаешь это. Это часть пакета.
«Круз тоже член семьи».