Я повернулась на бок и увидела их через открытое окно. Они сидели на стульях, расставленных вокруг небольшого гранитного столика. Перед моим братом стоял стакан, полный того, что, как я предположила, было виски. Кэт пила воду, если только это не была водка, но я в этом сомневалась. Она не была любительницей выпить. Я осмотрела террасу в поисках остальных и уловила неясное движение у перил — лусионага. Часовой стоял очень тихо и очень прямо, его золотистые глаза непрерывно блуждали по террасе, как будто высматривая угрозу.
Были ли угрозы? В последние несколько недель я была так сосредоточена на драме своей собственной жизни, что забыла, что мой брат и Кэт носили титул, который включал в себя и опасность. Конечно, мой брат был в десять раз лучше отца, но никто не пользуется всеобщей любовью.
Любовью…
Эта мысль заставила меня подумать о Крузе. От чего, в свою очередь, мой желудок сжался и опустился. Разве я недостаточно горевала для одного дня? Я вздохнула, затем, наконец, приняла сидячее положение. Это движение привлекло внимание Кэт. Она уже встала со стула и ещё шире открыла окно, чтобы войти в спальню.
— Привет.
Я сглотнула. Горло ощущалось так, словно его протёрли наждачной бумагой.
Брат повернул голову и посмотрел на меня, но остался сидеть, закинув ногу на ногу и водя указательным пальцем по краю своего стакана. Он был обеспокоен. Я не была уверена, было ли это из-за меня, Круза, яда дайла или чего-то совершенно другого.
Кусочек неба сдвинулся, а затем человек приземлился, присев на корточки. Сайлас поднялся и подошёл к Эйсу. Огни бассейна мерцали на его лице, обнажая крошечные морщинки напряжения. Он наклонился, чтобы поговорить с Эйсом.
Мы с Кэт наблюдали за ними, хотя и не могли слышать, о чём они говорили.
Я коснулась плеча Кэт, затем показала: «Ты думаешь, они схватили дайла?»
Она испустила долгий, свистящий вздох.
— Я надеюсь на это. Но кто знает? В Неверре всегда что-то происходит. И на Земле тоже. Мир никогда не перестаёт вращаться.
Для некоторых людей это так и было.
— Я думала… потому что, что бы ни случилось, это произойдёт не сегодня вечером…
«Откуда ты знаешь?»
— Эйс сказал, что требуется некоторое время, чтобы собрать яд из дайла.
Точно. Я вспомнила, как учитель фауны рассказывал нам, что, хотя дайла и могли выбрасывать яд так же быстро, как фейри может выбрасывать пыль, если существо чувствовало опасность, оно прятало свой яд где-то внутри своего тела, и единственный способ добраться до него — проколоть каждый дюйм его чешуйчатой кожи. Если вы убьёте его, яд мгновенно распадётся и станет непригодным.
Кэт провела по чернильным завиткам на своём предплечье. Нить удерживаемой пыли прилипла к кончикам её пальцев и поднялась. Она отдёрнула руку, и нить оторвалась, точно так же, как дух Блейка оторвался от своего тела, чтобы войти в Каджику прошлой зимой.
Каджика… Где он был?
Какая мне разница, где он?
Мне было всё равно.
Вообще не интересно.
Я вздрогнула, когда в фойе раздался громкий шум. Хлопнула дверь, щёлкнули каблуки, высокие голоса прокричали приветствия. Кэт бросила на меня застенчивый взгляд.
— Итак, я тут кое-что сделала… или, скорее, меня заставили что-то сделать… Кэссиди может быть крайне убедительной…
Тот факт, что она не закончила ни одного предложения, вывел меня из себя.
«Что ты натворила?»
— Эм. Что ж, — она откинула волосы со своих пылающих щёк. — Ну, чуть ранее я разговаривала с Касс по телефону, и, в общем, она хотела организовать мой девичник… судя по всему, она уже говорила тебе…
Кэт бросила на меня многозначительный взгляд, как будто то, что она сделала, было частично моей виной.
— Так или иначе, я подумала, что нам всем не помешала бы весёлая ночь, и ну… — сколько слов может вместить один человек в предложение? — Я послала за ними самолет.
«За ними?»
— Касс и Фейт.
«Они здесь?» — я показала как раз в тот момент, когда дверь распахнулась.
— Эй, сучки! — Фейт взвизгнула.
Это ответило на мой вопрос. Они не только были здесь, но и носили облегающие платья, заоблачные туфли на шпильках и аксессуары, в которые не входил ребёнок.
«Где Римо?»
— Дерек с ним нянчится, — сказала Кэссиди, заключая меня в объятия.