Если бы Эйс был здесь, он бы так надо мной посмеялся.
При мысли о моём брате мой позвоночник стал таким же твёрдым, как ствол гигантского дерева. Сайлас провёл меня прямо через дверь у основания. Если я не ошибаюсь, раньше здесь располагалась кондитерская. Мой брат, должно быть, реквизировал калимбор и превратил его в государственное учреждение. Интересно, куда делась кондитерская? Выше? Могут ли наземные жители сейчас населять верхние этажи?
Прежде чем войти, я осмотрела спирали и вспомнила о своей идее добавить зиплайны между стволами. После того, как печать портала была исправлена, я бы поработала над этим.
С Каджикой.
Моё сердце совершило небольшой пируэт.
Меня не было две недели. Я сообразила, что кто-то держал его и моего брата в курсе моего состояния. Проходя через широкую дверь, установленную в стволе, я столкнулась с девушкой.
— Гатизогин, — сказала она, прежде чем её рот расслабился, а раскосые карие глаза стали почти круглыми.
Я улыбнулась.
«Ты прощена, Магена», — подумала я, хотя и сомневалась, что она меня услышит.
— Лили! Геджайве, ты жива!
Она считала меня мёртвой? Я почувствовала, как мои брови изогнулись. Остались ли у меня вообще брови, или они выпали вместе с моими волосами? Я дотронулась до своего лба. Они всё ещё были на месте, как и мои ресницы.
— Мы не осмеливались говорить о твоём состоянии на случай, если… — Сайлас затянул кожаную ленту, стягивающую его конский хвост. — На случай, если…
На случай, если у меня ничего не получится.
Шаги отдавались эхом в круглом, похожем на пещеру корпусе дерева. Пять этажей были сняты, так что комната тянулась всё выше и выше. Там, где когда-то были полы, остались только узкие балконы, на которых стояли похожие на ленты скамейки. Фейские огни плавали по тусклому пространству, отбрасывая больше теней, чем света.
— Лили Вуд, во плоти. Никогда не думал, что увижу тебя снова.
Грегор шагнул ко мне, его чёрная облегающая туника делала его единым целым с темнотой.
«Ты имеешь в виду, что надеялся, что никогда больше не увидишь меня», — я показала.
Слишком ленивый, чтобы изучать язык жестов, мой отец приказал своей правой руке изучить его, чтобы тот мог выступать в качестве переводчика.
Грегор улыбнулся, и от этого вокруг его глаз и рта появились морщинки. Он постарел за последние пять месяцев. Я предположила, что это было связано не с течением времени — меня не было всего месяц, — а скорее с новым режимом. То, что мой брат оставил его в качестве вариффа, не означало, что Эйс облегчал жизнь Грегору.
— Хочешь верь, хочешь нет, но я рад тебя видеть, Лили, — сказал он.
Я ему не поверила.
Он выглядел обиженным, и настороженное выражение его лица напомнило мне Римо. Римо. Скоро я смогу его обнять.
— Мне нужно встретиться с Негонгвой, но увидимся позже, Лили, — сказала Магена, обходя меня стороной.
Она несколько раз оборачивалась по пути к выходу, её короткие чёрные волосы подпрыгивали вокруг ушей.
— Может быть, мы начнём? — спросил Грегор, указывая на вход.
Я кивнула, и мы вернулись в воздушное поле порталов.
— Выбери один.
Я взмыла на сотню футов в небо, пока не нашла тот, что вёл к лодочному сараю.
— Я должен был догадаться, что ты выберешь этот. Теперь положи на него свою руку.
Я коснулась гладкой поверхности, и моя печать портала вспыхнула, но портал не сломался. Грегор достал из кармана туники золотой жёлудь размером с большой палец.
Прежде чем он смог начать, я подняла руку и показала: «Эйс знает, что я жива?»
— Он знает, что твоё тело осталось целым, но он не знает о твоём пробуждении. Если только кто-нибудь из придворных не отправился в Неверру. Я слышал, твоё присутствие вызвало сегодня утром настоящий переполох.
«Может кто-нибудь сообщить ему, прежде чем вы начнёте возиться с замком?»
— Ты недоверчивая, — он прищёлкнул языком. — Теперь стой спокойно, чтобы я мог приступить к работе.
Я положила руку на портал.
Грегор всегда был самоуверенным. Когда его лоб сосредоточенно наморщился, я взмолилась, чтобы его дерзость была не самоуверенностью, а настоящим мастерством. Он поднёс жёлудь к порталу и потянул за короткий стебель. Из нижней части золотого ореха появился луч. Не луч… проекция. Ярко-розовый узор, который соответствовал клейму на его запястье.