— А прилив? Ведь он все равно смоет в море все приспособления.
— Вот именно. Я учел это и разработал специальное приспособление. Мой таран крепится на платформе из бревен, а ее мы поставим на якорь. Если верить строителям, за ночь наша работа не пропадет, и мы просто дождемся отлива и начнем штурм.
Серебристые глаза Элайзии сверкнули.
— О, Брет, надеюсь, твоя затея увенчается успехом!
— Моя дорогая сестричка! Не верится, что тебя так сильно заботит моя проблема. Похоже, ты сама жаждешь мести.
— А ты?
Он снова пристально взглянул на поблескивающие в первых лучах солнца стены крепости.
— Угадала, я хочу отомстить! — произнес он слегка дрожащим голосом.
Брет попросил отца Дамьена отслужить молебен за победу в праведном деле, затем приказал разбить лагерь и не откладывая готовиться к штурму.
Получив приказ, воины оживились. Они воевали вместе с Бретом много лет. Среди них были саксы, норманны.
Некоторые, как и он, были смешанного происхождения. И все они жаждали славы… и земли.
Ну что ж, он добудет для них землю. Этого мгновения он ждал, обуздывая гнев, давно.
И взял штурмом уже немало крепостей. Многому на учился.
Дальний остров падет.
Аллора видела, как развеваются на ветру синие с золотом боевые знамена Брета.
— Пусть приходит! — возбужденно воскликнул Роберт. — Пусть сделает свое черное дело! Но мы ему никогда не подчинимся.
— Смотрите, смотрите! — воскликнул Дэвид, указывая на песчаную полосу, вдоль которой по направлению к крепости мчался одинокий всадник.
Остановившись в сотне футов от ворот, всадник крикнул:
— Граф Уэйкфилд, лорд Дальнего острова, предлагает сдать без боя крепость, принадлежащую ему по праву!
— Передай ему, что он скорее сгорит в аду, чем дождется этого! — заорал в ответ Роберт. Он поднял копье и, не обращая внимания на протесты Аллоры, метнул его в рыцаря.
Он немного промахнулся, и копье вонзилось в песок возле конских копыт. Конь осадил назад.
— Ладно, я передам ваш ответ! — крикнул рыцарь и, повернув коня, галопом поскакал назад вдоль песчаной полосы.
— Как ты посмел напасть на гонца, дядя? — сердито набросилась на Роберта Аллора. — Неужели мы все забыли, что такое честь?
— Аллора, началось сражение, и тебе здесь нечего делать! — сердито заявил Роберт.
— Ошибаешься, мое место здесь. Я хозяйка Дальнего острова дядя! Острова, принадлежавшего Айону…
— Моего брата нет в живых, леди.
— Отец умер, но память о нем живет в моем сердце. И я помню, что слово «честь» было для него не пустым звуком. Тебе не удастся предать память о нем.
— Я не желаю сдаваться какому-то норманну!
— Аллора, Роберт, посмотрите! — прервал их Дэвид. Воины Брета, чтобы не рисковать жизнью, медленно продвигались вперед под прикрытие массивных деревянных щитов и волокли за собой какую-то невиданную конструкцию.
— Лучникам изготовиться! — заорал Роберт.
По его знаку лучники выпустили по противнику первый залп стрел. Аллора видела, как, описав плавную дугу, стрелы вонзились в щит.
— Огня! — крикнула она. — Подожгите стрелы, и они подожгут щит!
Второй залп был выпущен горящими стрелами, которые действительно в нескольких местах подожгли защиту. Но продвижение вперед продолжалось.
Стрелы сыпались дождем. Роберт приказал носить наверх кипящую смолу и поливать ею атакующих.
Неожиданно один из щитов подняли. Под ним оказался большой отряд лучников. Норманны дали ответный залп. Их тонкие стрелы перелетали через стены и падали на внутренний двор и галерею вдоль стен. Послышались крики раненых.
Наступающих снова облили кипящей смолой, среди них тоже раздались крики. Аллора почувствовала, как Дэвид обнял ее одной рукой, пытаясь увести с парапета.
— Я не могу бежать, когда здесь гибнут мои люди! — воскликнула она.
— Ты — душа острова, Аллора! Ты не должна погибнуть. И подумай о Брайане. Ты не можешь покинуть ее.
Мысли о дочери заставили Аллору поколебаться. Позволив увести себя, она вернулась в главную башню и стала наблюдать за битвой сквозь узкое окно на самом верху башни.
Бой продолжался целый день, а к вечеру Аллора стала молить Бога, чтобы прилив подольше не начался, ведь на песчаной полосе было много норманнов и среди них мог быть Брет…
Она снова взглянула на песчаную полосу и увидела его среди воинов. Подняв меч, он вел за собой отряд всадников. Брет был в блестящих доспехах, на голове — удивительный шлем, украшенный рогами, и, хотя лицо его прикрывали защитные пластины, она сразу узнала его. Она увидела, как его воины притащили волоком к воротам массивный таран. А следом волокли бревна, чтобы с их помощью перебраться через крепостные стены, если не удастся проломить тараном ворота.
«Но ведь все это смоет приливом в море», — подумала она, с ужасом вглядываясь в чудовищные орудия.
Солнце клонилось к закату. Вода начала прибывать. Раздались команды. Всадники развернули коней и поскакали прочь, оставив на песке массивные приспособления.
Аллора ждала, что приспособления опрокинутся и затонут. Но они остались на месте — Она не знала, что они были установлены на плотах, которые якорями удерживались на месте.
— Господи, помоги нам! — взмолилась Аллора, представив себе, что произойдет дальше.
В дверь громко постучали. Вошел дядюшка, и по его лицу она поняла, что он потрясен военной хитростью противника.
— Мы должны покинуть крепость. Я уведу своих людей, Дэвид и Дункан — своих. Мы ускользнем с южной стороны и спрячемся в лесах на склоне. Там мы подождем, когда нам доставят из деревень коней и оружие. Мы нападем на графа Уэйкфилда с тыла. — Он подошел к ней и схватил за плечи. — Ты не веришь мне, племянница, я это знаю, но все-таки послушай, что я скажу: пообещай ему сдать крепость, а сама незаметно выскользни за ворота и приходи на южный склон, где я тебя встречу. И не возражай. Ты еще не знаешь, какую месть тебе готовит твой норманн. Норманны — кровожадные звери. Что с тобой будет, Аллора? Этот человек избавится от тебя, женится на другой и заберет у нас все! Надо бежать. Пока ты жива и свободна, есть надежда. А теперь мне надо идти. Молись за нас, племянница! — И он ушел.
Солнце село, стало темно. Когда Аллора спустилась в главный зал, Роберт, Дэвид и Дункан, а с ними и рыцари уже ушли. На крепостных стенах остались только ее люди, которых сэр Кристиан успел обучить владению оружием.
Брайана капризничала и плакала. Аллора взяла дочь на руки и ходила по комнате, пока не обессилела. Отец Джонатан уговорил ее лечь поспать, но она знала, что не заснет.
Малышка наконец успокоилась, и Аллора прилегла рядом. Она прикоснулась к нежной щечке дочери, погладила ее черные кудряшки и закрыла глаза, думая об отце Брайаны. Аллора долго молилась, сама не зная толком, то ли за свой народ, то ли за своего мужа-норманна. В глубине души она надеялась, что произойдет чудо и Брет простит ее.
Аллора не заметила, как уснула. Разбудил ее страшный шум рукопашного боя. Быстро натянув мужскую одежду и прихватив отцовский меч, Аллора направилась на крепостную стену, крикнув на ходу Лилит, чтобы присмотрела за ребенком.
Она взбежала по ступенькам на галерею как раз в тот момент, когда Дэвид вывел из леса отряд и атаковал норманнов на песчаном полосе, но тут же сам был атакован стыла еще одним отрядом норманнов. Услышав звон металла и испуганное ржание лошадей, Аллора зажала уши и опустилась на деревянный пол галереи. Среди пограничных рыцарей, оказавшихся в этой ловушке, был и Дэвид, милый, добрый Дэвид, который так ее любил.
— Леди; бой закончился. Наших людей взяли в плен, — сказал, подходя к ней, Гевин.
— А Дэвида?
— Кажется, и его тоже.
Набравшись смелости, Аллора вновь взглянула на песчаную полосу. Норманны снова поволокли таран к воротам. Поодаль опять завязался бой, но часть пограничных рыцарей попала в плен, а остальным пришлось спасаться бегством, и они укрылись в лесах.