Брет приподнялся на локте, и от его внимательного взгляда Аллора снова залилась краской, а ее рука инстинктивно потянула простыню на грудь. И когда она подняла на него глаза, в его взгляде была настороженность.
— Почему ты так смотришь на меня? — спросила она в некотором замешательстве.
— Я многое бы отдал, чтобы узнать, о чем ты сейчас думаешь.
Она почувствовала, как к лицу снова прилила кровь, и опустила глаза, а потом неожиданно решила сказать ему правду.
— Я подумала, как хорошо было бы, если б ты не был норманном.
Брет вздохнул:
— Разве предки моей матери не доказывают тебе, что я не такое уж законченное чудовище?
— Многое доказало мне, что ты не такое уж чудовище, — тихо произнесла она.
Брет засмеялся и, сев в постели, обнял Аллору. Она не сопротивлялась и, посмотрев в его глаза, увидела в них нежность. Правда, в них еще искрился насмешливый огонек, но не злой, а доброжелательный. Глаза его стали светло-синими, как небо. Волосы растрепались, и черная прядь упала на лоб. Аллора вдруг увидела, что он моложе, чем думала, всего на несколько лет старше ее. Он так долго находился в завоевательных походах Вильгельма, что по-настоящему, наверное, никогда и не был юным. Оказывается, он может быть обворожительным и умеет заразительно смеяться. И конечно, она не могла и подумать, что он способен глядеть на нее искрящимися от смеха глазами, как сейчас, и что во взгляде его будет нежность.
— Допускаю, любовь моя, — тихо сказал Брет, — что мне, пожалуй, следует взять назад некоторые свои слова. Ты, вне всякого сомнения, намного привлекательнее самой лучшей ежихи.
— Милорд! От таких комплиментов у меня может закружиться голова!
— Миледи! Я уверен, что толпы молодых обожателей в течение нескольких лет кружили твою прелестную головку льстивыми речами. Не смею продолжать эту тему, потому что не хочу, чтобы ты стала излишне самоуверенной, — сказал он.
Сидя в кольце его рук, она с любопытством взглянула на него и непроизвольно улыбнулась.
— Так ты боишься моей самоуверенности, милорд?
— А как же? Мне не хотелось бы, чтоб ты подумала, будто я настолько одурманен твоими чарами, что утрачу бдительность.
— Неужели ты полагаешь, что мне хочется, чтобы ты утратил бдительность? — с вызовом спросила Аллора; голос ее дрогнул, и она отвела глаза.
— Именно так, — небрежным тоном произнес он, погладив ее по голове. Она взглянула на него, снова поразившись его красоте и кобальтовому цвету глаз. — И то, что сейчас я могу сказать, как удовлетворен своим браком, не повлияет на твою убежденность, что вышла замуж за врага.
Аллора почувствовала, что краснеет, и разозлилась на себя — она выдает себя с головой.
— В этом заключается печальная правда, — прошептал он, задумчиво погладив ее щеку. — Но на сегодня, я думаю, мы заключим перемирие.
— На сегодня? — переспросила она.
— Завтра мы возвратимся в наш фамильный городской дом, потому что я не могу держать здесь столько людей без дела.
Она испуганно замерла, обводя подозрительным взглядом каждый угол и щель в стенах.
— Они не здесь, не внутри дома, леди! — добродушно заверил 'Врет. — Я принял меры, чтобы оградить нас от вторжения непрошеных гостей, которые все-таки побывали у нас вчера вечером.
— В таком случае где же они? — удивилась Аллора.
— Снаружи, леди.
— Зачем?
— Да для того, чтобы твой безрассудный дядюшка не вломился сюда ночью с полудюжиной скоттов, чтобы зарезать меня в постели, миледи!
Аллора гордо вздернула подбородок.
— Мой дядя никогда не сделал бы этого!
— Не сделал бы твой отец, но дядюшка вполне способен на такое.
Она чуть не сказала, что при определенных обстоятельствах ему не стоит слишком полагаться на ее отца. Но, опустив глаза, промолчала, а потом спросила:
— Господи, что мог бы сделать мой дядюшка? Мы здесь в двух шагах от Лондона и от резиденции всемогущего Вильгельма, охраняемого норманнами.
— Леди, не следует недооценивать своего дядюшку! — В его тоне зазвучало предупреждение, и Аллора почувствовала, как по спине пробежал холодок, несмотря на то что Брет обнимал ее. Неожиданно он прислонил ее спиной к подушкам, вскочил с кровати и нагишом поспешил к двери.
— Остановись! — испуганно крикнула Аллора.
Бросив на нее взгляд через плечо, Брет подбежал к двери, приоткрыл ее и обменялся несколькими словами с кем-то, стоявшим за порогом. Аллора, нырнув под одеяло, с беспокойством наблюдала за ним. И когда он, продрогший, забрался к ней, спросила: