— Ты не имеешь права плохо говорить о моем дядюшке! Только лишь потому, что все остальные бросили его…
— Бросили? Вильгельму пришлось подавлять один мятеж за другим, одно восстание за другим! Поднялись валлийцы, затем пришли датчане и тоже устроили смуту, потом забеспокоились нортумберлендцы, потом йоркширцы. Ты не понимаешь одного: Вильгельм уже завоевал Англию. Она принадлежит ему по праву завоевания, а по мнению многих, также и на законном основании. Он не претендовал на Шотландию, и лаэрды пограничных земель, вознамерившиеся бороться с ним на английской земле, рискуют свернуть себе шею.
— Дальний остров подчиняется Малькольму! — А раньше подчинялся язычнику-викингу.
Она отпрянула от него. Ей захотелось убежать куда глаза глядят. Но он бы вернул ее назад — его верные люди снова закутали бы ее во что-нибудь и доставили к нему. Аллора молча пересекла комнату и остановилась спиной к нему, уставившись в стену невидящим взглядом. Брет прикоснулся к ее плечу, и она вздрогнула, потому что не слышала, как он подошел.
— Не хочешь ли прокатиться верхом по лесу? — спросил он.
— А что, если я обгоню тебя и сбегу?
— Тебе пришлось бы скакать очень-очень быстро, — предупредил он.
— У меня здесь нет подходящей одежды, — напомнила она, и сердце у нее сжалось. — Я ведь не знала, что мы здесь окажемся. Ты не потрудился посвятить меня в свои планы.
Он не обратил внимания на раздражение в ее голосе и направился в глубь комнаты, где стоял большой, обитый кожей сундук.
— Миледи, — позвал он ее, открывая крышку и присев перед сундуком. — Я все хорошо продумал, однако не мог предусмотреть, что жена будет отказываться следовать за мной.
Аллора молча ждала, что будет дальше. Порывшись в сундуке, Брет нашел то, что искал. Он повернулся к ней с охапкой одежды и предложил мужские рейтузы, теплую рубаху, тунику и очень мягкие замшевые сапожки. Когда они оделись, он протянул ей руку.
— Идем?
Чуть помедлив, Аллора пошла за Бретом. Возле домика стояла Брайар, привязанная к дереву рядом с Аяксом, И Аллора не могла не подумать, что отец теперь наверняка знает, где находится его дочь… и Роберт тоже знает.
Но почему-то ее дядюшка, слишком уверенный, что ее побег пройдет как по маслу, не пытается связаться с ней…
Перед домиком на небольшой лужайке сидели вокруг костра трое — Джаррет, Этьен и гибкий, жилистый француз по имени Гастон. Аллора не сомневалась, что где-то поблизости расположились и другие люди Брета.
Увидев, как она и Брет вышли из дома, мужчины у костра встали в ожидании приказаний. Брет жестом дал понять им оставаться на своих местах и, подхватив Аллору, посадил на Брайар.
— Разве нас не будут сопровождать? — спросила она у Брета.
— А разве в этом есть необходимость? — ответил он вопросом на вопрос, вскакивая на Аякса.
Взяв в руки поводья, Аллора помчалась вперед по тропинке. Брайар, ее невысокая, холеная и очень выносливая кобылка, могла лететь как ветер, что давало Аллоре захватывающее чувство свободы. Так было и сейчас, но сравниться с Аяксом Брайар не могла. Конь Брета был настолько великолепен и могуч, что напоминал Аллоре восьминогое существо, пронесшее бога викингов Одина сквозь бурю. Она услышала, как Брет настигает ее, и замедлила ход.
— За следующим поворотом будет поле, — сказал он и пришпорил коня. Аллоре неожиданно стало смешно, и она бросилась его догонять.
Так и прошла вторая половина дня. То он опережал, а она догоняла, то она вырывалась вперед, а он мчался за ней. Если люди Брета и сопровождали их, то Аллора их не видела, как не видела дядюшку и его друзей, если они находились где-нибудь поблизости.
Солнце клонилось к горизонту, когда Аллора и Брет подъехали к огромному дубу. Аллора соскользнула с седла и спряталась от Брета за дерево, но он опередил ее и уже стоял по другую сторону дуба. Он схватил ее в объятия, жадно лаская взглядом, уложил на мягкие осенние листья и дал волю своему желанию любви. Апогей был достигнут, и Аллора некоторое время лежала, прислушиваясь к шуму ветра и любуясь закатом солнца, окрасившим небо в самые яркие цвета. Закрыв глаза, она незаметно для себя заснула.
Возвращались они сквозь темноту.
— Мы едем домой, — сказал Брет.
— В охотничий домик?
— В городской дом. Завтра я должен быть у короля.
Они приехали поздно вечером, и дом сразу же произвел на Аллору неизгладимое впечатление своей красотой. К великолепному парадному входу вела широкая каменная лестница, внутри приятно пахло, на полу лежали чистые циновки, а перед камином пол был выложен камнем, стены украшали огромные гобелены. Во всем доме царила атмосфера тепла и уюта.