Но незнакомец застыл как вкопанный с широко раскрытыми от страха глазами. Абис оглянулся, позади никого не было. Тогда он осмотрел себя и с удивлением прикоснулся к почерневшему шраму на груди, который походил на ветвистое древо.
– Ты... Это она!
С этими словами незнакомец отбросил предложенный ему дар и ни разу не оглянувшись, убежал куда глаза глядят. Абис опустился на колени продолжая бесцельно водить пальцами по чёрным ветвям шрама:
– Я вспомнил. Меня схватили, раскаленным ножом вырезали на груди мировое древо и заживо сожгли. Прямиком на той площади, где я однажды встретился с ней. Она была так прекрасна. А как она танцевала под звуки флейты! Я тут же влюбился и робко предложил стать её защитником. Она рассмеялась в ответ своим неповторимым смехом, но не отвергла меня. Теперь её нет? И меня? Нам не суждено быть вместе. Я не стану отцом. Никто не вспомнит обо мне и не сложит песен о моих подвигах. Я – ничто. В чём теперь смысл моего убогого существования?
Слёзы медленно стекали по щекам Абиса, но он, казалось, не замечал этого. Фера подошла ближе и понимающе положила руку ему на плечо. Абис не почувствовал её тепла, но ему стало немного легче.
– Теперь ты – хранитель Междумирья, – спокойно, как и прежде сказала девушка, – и все души, что оказались заточены здесь, наконец, могут обрести покой, если ты того пожелаешь. Я не знаю, что их ждёт дальше – перерождение или забвение, но всё лучше, чем вечно страдать здесь.
– А как же ты? – Абис поднял голову и посмотрел снизу-вверх на девушку.
– Тот, у кого не было имени при жизни, обречён вечно скитаться здесь. Так мне сказала Могмуд, когда она ещё была жива. Она не смогла упокоить меня.
Абис посмотрел вдаль и увидел тысячи теней, которые бродили в поисках упокоения. Мужчина медленно поднялся и повернулся лицом к девушке. Он развязал узлы на её шее, отбросил верёвку в сторону и поцеловал её в лоб.
– Покойся с миром, Фера.
Тело девушки приподнялось над землёй. Она в изумлении широко распахнула глаза и завертела головой, словно впервые увидела эти места. Абис наблюдал, как её тело поднималось выше, становясь всё более эфемерным. Фера улыбнулась своему освободителю сквозь слёзы облегчения, нежно коснулась его щеки и напоследок прошептала:
– Спасибо, братик...
Хранитель, закинув топор на плечо, брёл среди раскидистых деревьев, с которых медленно опадали листья, на лету рассыпаясь в пепел. Впереди его ждала вечность. Вечность, наполненная смыслом.
Конец