Гомон миниатюрной толпы, естественным образом скучковавшейся на шум, стих, кольцо любопытных отхлынуло. Работники все как один обратили взгляд на центральные «технические» двери. Сперва стеклянные, затем металлические створки раздвинулись, на миг открыв взору пространство изнанки аэропорта и выпустив своеобразную процессию.
Фигур двадцать, облачённых в медные скафандры с круглыми шлемами и грубыми заклёпками, прошествовали в сторону нарушителя порядка. Никто не протестовал, не бежал в испуге и даже не думал мешать им. Пока трое скручивали неугодного, четвертый подхватил портфель. Плотно окружив задержанного, процессия удалилась откуда пришла. Стоило сомкнуться дверям, суматошная, но отлаженная жизнь аэропорта возобновилась как ни в чём не бывало. Я потрясла за руку благонадёжного с виду старичка-пассажира.
— Почему они увели моего друга? Вы видели?! Вы видели — что это? Как это назвать?!
— Я не очень люблю кино, мэм.
***
— Нда, — протянул Миша.
Иной комментарий выдумать было, и правда, затруднительно.
— Хорошо, что у нас нет багажа! Надие, спасибо. Отдельное.
— За некомпетентность не благодарят.
— Ты вот лучше человеку спасибо скажи: это прямо готовый сценарий, — вклинилась Хлоя. — А дальше там что-то есть?
— Есть, конечно, это я просто перерыв сделала! Пожалуй, дальше потом расскажу: уже заплетык языкается. А у Вас наверняка мозги набекрень, ребята. Вы тут уже устроились? Ладите со своим номером?
«Ну и вопрос!»
— Ну, мы бы туда с радостью, но, честно говоря, мы его совсем того, потеряли. Так что лучше здесь останемся, — осторожно предложила я, надеясь, что уточнений о питании не последует. Последовало кое-что другое, более толковое:
— А, так это не беда! Вставьте ключ в любую дверь коридора — там будет Ваша комната; смотрите, чтобы дверь до того была закрыта. Эта, на выход, не считается. Общие помещения тоже статичны и стабильны — относительно. Ну, увидимся? Доча вот спит уже. Приходите, как захотите, мы тут часто бываем.
Хитрость с ключом сработала: лениво испытав его на первой же двери справа по коридору, мы к больше к облегчению, чем к удивлению, вошли в сто субъективных лет назад покинутый номер с экзотическим зверьём на обоях — и тут же завалились спать, то самое удивление отложив на потом. Подозрительный же чёрный цветок, чуть подсдувшийся без прямого контакта с Пределами, из кофты поместили под стеклянный декоративный купол, потеснив скульптуру Камасоца.
Лично мне снилась какая-то непрофессиональная ерунда. Понятно, что до студентов из таких тридевятых царств не дотянуться — однако можно было бы хоть внятный сюжет изобразить. Нет: какие-то балконы, подземелья и какая-то, простите, чернокудрая эротика. Лучше бы вообще ничего не снилось, как латентным — но увы, так со мной уже не бывает. Теперь стыдно! Хотя…
Вообще-то мы планировали пару дней покучковаться у себя, отдохнуть от впечатлений и обсудить дальнейший план действий; но любопытство, как известно, губит не только кошек — едва выспавшись, мы уже ждали в «экологичном» холле дальнейшего рассказа путешественницы.
— Ну-с, значит, так.
***
Изловив дочку у магазина сувениров, я направилась попытать счастья у злосчастных работниц, объявивших об отмене сменного рейса. На пост снова заступила рыжая. С милой улыбкой, которая ассоциировалась скорее с женским магазином, а не с бюро решения всяческих проблем измотавшихся туристов, она протянула мне бланк заявления о потере багажа.
Принимая поспешно наполненный бланк обратно, рыжая нахмурилась. Появившаяся на лбу морщина плохо гармонировала с её общим отутюженным видом.
— Простите, но мне надо посмотреть Ваш паспорт и посадочный талон.
— Опять?.. То есть конечно, вот.
Девушка включила компьютер и минут пять сосредоточенно рылась в его недрах, периодически сверяясь с документами.
— Извините, но произошла ошибка. Ваши паспортные данные не соответствуют информации посадочного талона. И... ну... проблемы с фотографией.
— То есть как?..
— Простите, — терпеливо повторила сотрудница,— но это не Ваше фото. Или оно сделано не по правилам и в плохой студии. Цвет волос совсем не тот, и лицо почти не похоже. К тому же талон не действителен.
Я машинально дёрнула себя за конец упавших на плечо волос. Светлые, почти снежные, от бабушки-шведки. Как и всю жизнь. Вроде и в паспорте то же самое. Или она тогда всё-таки покрасилась?.. Но никогда ничто не мешало...