— Да-да, благодарю Вас, в следующий раз, — обернулась я, почти что рысью удаляясь по причалу.
— Так ты ж тоже кукла, марионетка!..
— Ну и прецедент. Не испугалась? Даже неловко, к новеньким она обычно не пристаёт, — качала головой заведующая.
От слов тётки стало жутковато, но я насколько возможно беззаботно улыбнулась, решив заодно продемонстрировать необходимую в профессии толерантность.
— Да ничего страшного, клиенты разные бывают! Я понимаю, что на самом деле мне никто не угрожает.
— Ты так думаешь?
— Что?
— Ты пойдёшь спать в комнату или знакомиться с товарищами по центру?
— Да лучше сразу познакомлюсь и за работу, поспать ещё успею.
Как ни странно для обычного народа, первый клиент за сутки явился с СПА-центр именно в мою смену. Очевидно древний, но крепкий дедуля с прямо-таки роскошной седой бородой захотел расположиться не в многочисленных внутренних залах, а на кушетке прямо на открытой площадке. Мне как стажёру полагалось просто наблюдать и носить всякое необходимое. И для начала зажечь факелы. Атмосферно, ничего не скажешь.
Нацепив для тренировки всё тот же казённый полуоскал, я отошла в уютную тень и приготовилась спокойно и терпеливо внимать более опытным коллегам. Что, однако, оказалось не так просто. Начавшись как сеанс массажа, процедуры чем дальше, чем больше напоминали фантазии физиотерапевта-садиста, начитавшегося про Шибальбу. Когда дедулю привязали и прочистили ему всё что можно и нельзя, это ещё можно было объяснить каким-нибудь радикальным ноу-хау. Но сцедив всю кровь, обсыпáть беднягу чем-то, от чего плоть стала древесиной, и потом разрубать на части, смола вперемешку с остатками плазмы?..
Переход между «люксовым» отдыхом и расчленёнкой был столь резким, что времени на «испугаться и заорать» мне не хватило — пришлось сразу переходить к ступору. Одна из массажисток, небрежно отряхивая с прежде белой формы изляпавшие её жидкости, с довольной ухмылкой оглянулась на меня, в немом ужасе изображавшую рыбу.
— Он теперь деревянная кукла, — оскалилась недавно казавшаяся такой милой девушка. Какой уж тут красный вигвам… — Он ей и был, по сути. Большинство из них. Лишние сухие дрова жизни.
— Но это же не повод…
— Ты ничего не сделаешь. Нет, не так: ты будешь делать то же самое.
— Это почему?!
— Ты ведь тоже кукла. Как повезло, так и ведёшь себя. Говорят, человек единственный наделён волей — и пользуется ею из рук вон плохо. Так это или нет, но он тащится по лабиринту отражений, поворачивая из принципа «куда проще и не страшно», пока не отбросит коньки.
Совсем бред пошёл. Но почему такой знакомый?
— Что ж, хоть зиму настоящую напомнит, — неуместно вставила её напарница. — Ну что, новенькая, убери тут, сейчас пригласим следующего.
— Нет.
— Что-то?
— Нет. Это не отель, это неправильно. Это не…
«Это рекуррентный многослойный кошмар с влиянием извне».
Мысль исчезла, но намерение по инерции осталось. Я схватила подставку с факелом и бросила на занавес. Потом ещё один — на песок внизу. Ещё.
Горел взявший меня на работу многоуровневый салон. Горели мини-виллы для важнейших гостей. Горел сам пляж, море и небо. Тут бы в пору ужаснуться, разочароваться и пойти искать Наксос, но вот незадача, ничто из этого теперь особенно не волновало. В потоках насилия и страха я словно очнулась от неудачно контролируемого видения и кое-что вспомнила. Моей целью, главной целью, всем самым прекрасным в жизни, целью уже найденной, успешно найденной и единолично присвоенной, был вовсе не отель, и не другой какой-то объект, но кто…
В уютной университетской комнате все злоключения сразу представились ненастоящими и далёкими. Вот вышивка на балдахине, которую пока рассмотришь, девять раз уснёшь — дамы-ыцари-единороги, — звёздноночный ковёр, каминная решётка… с изменившимся дизайном. От прежнего остались крысы, но теперь вместо гончих и воронов им компанию составляли очень анатомически точные десмоды, а ещё изящные женские фигуры в платьях, танцующие вокруг единственного кавалера в плаще, выше дам почти на две головы. По стилю и стране костюма они немного не сочетались, кстати. Университет обладал интересным вкусом к интерьеру. Но фиг с ним, пусть меняется как угодно, главное — защищает.
Я с облегчением плюхнулась на кровать и обняла любимую рукокрылую игрушку. Стало спокойно и хорошо. Надо было её с подушки снять и взять с собой хоть в свёрнутом виде — тем и хорош формат наволочки. Хотя, надеюсь, никаких следующих разов. Да. С меня хватит, я в домике.