— Вечером… Потом пришел вечер… — продолжала она, сделав несколько затяжек. — Вечер, понимаешь? — Ей, вероятно, казалось, что Ники не понимает, о чем она толкует. — Андро пришел домой… Он весь посерел… Его снова прихватила язва. Мне не надо было спрашивать, что случилось… Как и в прошлый раз, я подмешала ему в стакан с молоком снотворное. Потом появился Войняг и унес один из фотоаппаратов и две пленки. Затем вернул их… Андро всю ночь метался, кричал и ругался во сне. Я ни на секунду не сомкнула глаз. Мне было страшно, да и сейчас страшно… Так долго не может продолжаться. Думаю, что… — Она выпустила из руки сигарету, растерла ее носком туфли и застыла, не поднимая глаз от земли.
— О чем ты думаешь?
— Я сойду с ума… — задохнулась она от рыданий. — Если бы ты видел, в каком он был состоянии! Опять у него не получились фотографии, опять пленки оказались засвечены. Я убиваю его, без ножа режу. Ники, дорогой, я встала на плохой путь.
Удиштяну взял ее за плечи и повернул к себе. Родика опустила веки, стараясь скрыть слезы.
— Да, это так, — признал Ники, — но у тебя нет выбора. Надо терпеть, Родика, понимаешь? Ты не должна сдаваться. Увидишь, все кончится хорошо. Мы выпутаемся…
Он старался быть убедительным, хотя разделял ее страхи. Если история с засвеченными пленками повторится, поднимется тревога и кто-нибудь откроет глаза Андронику. Можно предвидеть, что в таком случае произойдет.
Родика нервным движением поднесла платок к глазам, в которых застыла тревога.
— Как бы тебе это объяснить, Ники? Я пребываю в таком нервном напряжении, что иногда мне кажется, будто я теряю разум, становлюсь какой-то ненормальной… Вчера, например, после того как я дала Андро молока и он заснул, мне надо было позвонить Войнягу. Ну и что ты думаешь? В голове будто заклинило, и я никак не могла вспомнить номер телефона Войняга, хотя очень хорошо его знаю! Я набирала то 91-09-93, то 91-93-09. Меня прошиб холодный пот. Прошло несколько минут, прежде чем я смогла вспомнить телефон, и мне они показались часами.
Удиштяну ласково погладил ее по щеке, словно ребенка:
— Бывает… Это случается и не в такие моменты… В конце концов ты же вспомнила?
— Пока я вспоминала, думала, что умру. А записывать номер телефона Войняг мне категорически запретил.
Ники Удиштяну смотрел на Родику грустными глазами, не очень-то прислушиваясь к тому, что она говорила. Он давно уверовал, что обстоятельства складываются благоприятно и Валер Дину поможет им выбраться из опутавшей их паутины. В его мозгу крутились номера телефонов: 91-09-93… 91-93-09. Он даже хотел отметить вслух, что номер 91-09-93 нетрудно запомнить, и вдруг почувствовал, как внутри у него все похолодело. Словно он стоял на краю пропасти и кто-то столкнул его в бездну. Инстинктивно, будто желая ухватиться за что-нибудь, он убрал свою руку. Только услышав голос Родики, он вышел из состояния прострации.
— Ники, дорогой, что с тобой?
— Что со мной может быть?
— Ты переменился в лице…
Она прижалась к нему и упавшим голосом вымолвила:
— Это все из-за меня… Я только зло приношу близким людям. И тебе, и Андро. Я понимаю, как ты переживаешь за меня…
— Успокойся, у меня просто закружилась голова… Уже прошло…
Родика отстранилась и с тревогой поглядела на него:
— Как у тебя с давлением?
— Я же сказал: все уже прошло… — Он попытался улыбнуться, но не был уверен, что это ему удалось. — Все, хватит обо мне! Скажи лучше, ты была когда-нибудь у Войняга?
— Ники! — оскорбившись, воскликнула она.
— Постой, ты меня неправильно поняла. Я хотел спросить, знаешь ли ты его адрес.
Вопрос заставил Родику насторожиться, и она мягким голосом упрекнула его:
— Ники, я не хочу, чтобы ты совершил какую-нибудь глупость.
— Что тебе пришло в голову? Какую глупость я собираюсь совершить? Пойду и убью его? — На этот раз улыбка получилась искренней. — Я просто хотел выяснить, где он живет.
— Нет, я не знаю… Я познакомилась с ним у Флорина, в однокомнатной квартире, где мы встречались… Потом он пришел ко мне, а потом мы дважды встречались в городе, на людях.
— Очень хотелось бы увидеть его рожу, — без обиняков признался Ники.
— Ну что тебе сказать? Вполне приятное лицо.
— 91-09-93, — машинально повторил Ники.
— Браво! Ты уже запомнил? — удивилась Родика.
«Как же было не запомнить, — подумал Ники, — если этот номер дал мне капитан Валер Дину?»
— Все же мне не нравится, как ты выглядишь. Ты бледен как полотно, — вздохнула она. — Что с тобой? Ты что-то скрываешь от меня.