Андроник рывком освободился от галстука, потом расстегнул ворот рубашки и с удивлением осознал, что резь в желудке разом исчезла.
— Вы мне не верите? — спокойно спросил незнакомец. — Вы ведь сели в Чичеу, не так ли?
— Да… — подтвердил Андроник.
— Помните, кто ехал с вами в купе?
— Женщина…
— А затем мужчина… Когда поезд подъезжал к Брашову, вы вышли из купе и направились в туалет. Тогда-то вам и подменили чемодан.
— Подменили? — едва слышно прошептал Андроник.
— Вы хотите получить его обратно?
— Вы еще спрашиваете!
— Я рад, что вы разумный человек. Слушайте меня внимательно, — предупредил незнакомец. — Возьмите те пять фотографий…
— Четыре, — прервал его чуточку оскорбленный Андроник.
— Пять, — уточнил собеседник. — Вы, очевидно, еще не были в ванной. Там, возле зеркала, стоит еще одна фотография. Соберите фотографии, возьмите чемодан и выходите на улицу. Идите в сторону ресторана «Одобешти», что на углу улицы. Перед рестораном вас будет ждать «рено» вишневого цвета… Мы совершим небольшую прогулку.
Андроник машинально повторил:
— Небольшую прогулку…
— Надеюсь, она будет небольшой… — Незнакомец рассмеялся, казалось, он не хотел сердить Андроника. — Я жду вашего ответа.
Отдавая отчет в серьезности положения, размерах надвигающейся катастрофы, он с деланной твердостью спросил:
— А если я откажусь?
— Я бы вам не советовал…
— Повторяю: а если я откажусь?
— Тогда выпутывайтесь сами, — не колеблясь заявил незнакомец. — Вам придется объяснить своему начальству, почему не доложили о пропаже пленки, каким образом кадры, снятые вами на учениях, оказались опубликованными на Западе — скажем, в каком-нибудь иллюстрированном журнале под соответствующим заглавием. И не забудьте, что объяснения эти вам придется давать после того, как вы доложили о засвечивании пленок. Ну, что вы теперь скажете? Выходите? Я бы желал покончить с этой историей до полуночи.
— Нет, я не выхожу, — заявил Андроник, но его дрожащий голос свидетельствовал, в каком он смятении.
— Это ваше право, — признал незнакомец. — Спокойной ночи. Ах, да… чуть не забыл… Конечно, помимо всего прочего вам придется дать объяснения и по поводу вашей жены…
Андроник подскочил, словно ужаленный:
— Что с ней?
— Узнаете, когда спуститесь. Спокойной ночи!
— Постойте! — закричал фоторепортер и после короткой паузы обреченно добавил: — Подождите меня — я выхожу.
Андроник приблизился к «рено» и различил его цвет. Он ожидал, что кто-то будет следить за ним, но улица казалась пустынной, тишина вокруг — давящей. Когда до машины оставалось не более десяти шагов, одна из дверц открылась и из машины вышел мужчина. Он не двинулся навстречу Андронику, а остался на месте.
— Господин Андроник, прошу вас, — показал незнакомец на открытую дверцу машины. Его голос был хрипловатым и усталым, что не вязалось с его спортивной выправкой.
Фоторепортер хотел что-то возразить, но растерялся, а забираясь в машину, наткнулся на чемодан, который держал в руках. Незнакомец устроился на заднем сиденье возле чемодана, который, словно барьер, разделял их. «Рено» тронулся с места. Только теперь Андроник обратил внимание на человека за рулем. Он увидел его массивный затылок и намечавшуюся лысину. Обеспокоенно спросил:
— Куда вы меня везете?
Фоторепортер ожидал, сам не зная почему, что ему ответит человек за рулем, однако ответил тот, что сидел справа от него:
— Это зависит не от нас, а от вас…
— Если так, то вот, я принес чемодан — фотографии внутри. Прошу вернуть мне мой.
Он не потерял окончательно контроль над собой и понимал, что его слова выставляют его в смешном свете: эта встреча, неожиданная и странная, не могла свестись к простому обмену чемоданами.
— Что принесли чемодан — это хорошо.
— Но я не вижу своего чемодана, — заметил Андроник.
— Его здесь и нет.
Отметив про себя слегка ироничный тон собеседника, Андроник проговорил:
— Господин… я не понимаю… По телефону я говорил не с вами — в этом я уверен. Тогда с кем же?
— Вы говорили со мной, — ответил сидевший за рулем.
Фоторепортер уставился в его затылок.
— Да, я узнаю ваш голос, — шепнул он с нарастающей тревогой.
Сидевший за рулем не повернулся, продолжая внимательно смотреть на дорогу, хотя она оставалась пустынной.
— Господин Андроник, — продолжал сидевший рядом с ним, — мне не хочется затягивать дело. Мое желание — покончить со всем до полуночи. В ту или иную сторону, но чтобы все было завершено.