Она развернулась и зашагала к двери. Мадам Лефу и лорд Маккон последовали за ней.
— Нет, — проговорила Алексия, глядя на изобретательницу. — Прошу меня извинить, мадам Лефу. Не то чтобы вы мне не нравились, просто я вам не доверяю. Пожалуйста, останьтесь тут. И, кстати, верните мой дневник.
Француженка растерялась:
— Я его не брала.
— Но мне показалось, вы сказали…
— Я искала портфель, но в вашу каюту на дирижабле не вламывалась.
— Тогда кто это сделал?
— Полагаю, то же лицо, что пыталось вас отравить.
Алексия вскинула руки:
— У меня нет на это времени.
С этими словами она проворно поспешила прочь из комнаты, уводя за собой мужа.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
ПЕРЕМЕНЫ
Лорд Маккон осмотрел холл. Он был пуст, одни члены стаи толпились в комнате, где раньше была мумия, другие ушли за телом Анжелики. Не обнаружив вокруг никого, кто мог бы ему помешать, граф с размаху прижал жену к стене и всем телом навалился на нее.
— О-ой, — сказала упомянутая жена, — только не сейчас.
Граф уткнулся носом ей в шею и тихонько поцеловал под ухом. Потом лизнул.
— Всего минуточку, — сказал он. — Мне просто нужно чуть-чуть вспомнить, что ты здесь, ты цела и ты моя.
— Ну, с первыми двумя пунктами и так все совершенно ясно, а последний всегда под вопросом, — заявила его леди.
Однако она обвила руками шею графа и изо всех сил прижалась к нему, несмотря на все возражения. Лорд Маккон, как всегда, предпочел словам действия и прижался губами к ее губам, чтобы остановить этот злой язык. Алексия, которой до сего мига удавалось, несмотря на все ее метания по замку, оставаться собранной и опрятной, добровольно погрузилась в безнадежный сумбур. Когда на лорда Маккона находило такое настроение, не оставалось ничего другого, кроме как наслаждаться происходящим. Муж запустил руки в волосы Алексии и повернул ее голову так, как ему было удобно. Что ни говори, по крайней мере в этом он был хорош.
И Алексия добровольно принесла себя на алтарь супружеского долга, конечно, наслаждаясь каждой минутой, но не оставляя твердого намерения отвести мужа к эфирографу. Однако, несмотря на ее решимость, прежде чем он наконец поднял голову, прошло несколько долгих моментов.
— Ладно, — сказал наконец граф с таким видом, будто только что выпил прохладительный напиток, — давай продолжим.
— Что? — спросила огорошенная Алексия, пытаясь припомнить, чем они занимались до того, как Коналл стал ее целовать.
— Передатчик, помнишь?
— Ах да, точно! — Она по привычке шлепнула его ладонью. — Зачем тебе понадобилось вот так меня отвлекать? Я была вполне в своей стихии, и вообще…
Лорд Маккон рассмеялся.
— Кто-то должен время от времени выбивать тебя из колеи, не то в конце концов ты будешь править всей империей. Или по меньшей мере отдашь приказ, чтобы все перед тобой пресмыкались.
— Ха-ха, очень смешно. — И Алексия быстро зашагала по коридору, многозначительно покачивая турнюром. На полпути она притормозила и кокетливо посмотрела на графа через плечо. — Ох, Коналл, да пошевеливайся уже.
Лорд Маккон заворчал, но вразвалочку поспешил за неё. Алексия остановилась снова и наклонила голову, прислушиваясь:
— А это что за бессмысленный шум?
— Опера.
— Правда? Ни за что бы не догадалась.
— Похоже, это Танстелл исполняет для мисс Хисселпенни серенаду.
— Силы небесные! Бедная Айви. Ну ладно. — И она опять двинулась вперед.
Пока они шли через весь замок к башне с эфирографом, Алексия поведала свою теорию о том, что уничтоженная в данный момент мумия была некогда запредельной и после смерти превратилась в некое странное подобие оружия массового поражения, высасывающего душу. И что Анжелика, которая тоже это поняла, попыталась выкрасть мумию, возможно, для того чтобы передать в руки Вестминстерского роя и карманных ученых графини Надасди.
— Если Анжелике удалось передать информацию в рой, ничего хорошего из этого не выйдет. Тогда можно с тем же успехом рассказать обо всем мадам Лефу; по крайней мере, оружие, которое она будет изобретать, может сослужить нам хорошую службу. Она на нашей стороне.
Лорд Маккон как-то странно посмотрел на жену:
— А что, есть какие-то стороны?
— Если так дальше пойдет, то будут.