— Мне думается, это самое подходящее место, в котором можно отыскать что-нибудь достаточно необычное для зимнего сезона, а ты в качестве свежепомолвленной барышни просто обязана обзавестись новой шляпкой.
— Обязана?
— Совершенно точно обязана, душенька моя Айви, уж поверь мне.
— Айви, милая, — мягким голоском проговорила миссис Хисселпенни, отложив вязание и подняв голову, — тебе следует поехать и выбрать шляпку. Нельзя и дальше заставлять леди Маккон ждать, раз уж она сделала тебе столь великодушное предложение.
Айви, которую настойчиво убеждали сделать то, чего ей и без того хотелось больше всего на свете, поспешила наверх, издав лишь несколько символических протестующих возгласов.
— Вы же постараетесь помочь ей, не правда ли, леди Маккон? — Глаза миссис Хисселпенни над ее снова защелкавшими спицами были полны отчаяния.
Алексия подумала, что уловила суть вопроса:
— Вас тоже тревожит эта скоропалительная помолвка?
— О нет, капитан Фезерстоунхоф — вполне достойная партия. Меня беспокоят скорее предпочтения по части головных уборов.
Алексия спрятала улыбку. Выражение ее лица осталось абсолютно серьезным.
— Конечно. Я сделаю все возможное ради королевы и Англии.
Вошел слуга со свежезаваренным чаем. Леди Маккон с глубоким вздохом облегчения сделала несколько глотков из своей чашки. В общем и целом, вечерок явно выдавался непростой, а если учесть, что предстояло еще пережить свидание Айви со шляпным магазином, будущее не сулило никаких улучшений, скорее наоборот. В такой ситуации чай был просто необходим с медицинской точки зрения, и, по счастью, миссис Хисселпенни догадалась о нем распорядиться.
Следующие четверть часа леди Маккон вела с хозяйкой дома до боли приятную беседу о погоде, а потом, то есть не слишком скоро, вернулась Айви. На ней было пышное платье для прогулок из умопомрачительно-оранжевой тафты и жакетка цвета шампанского. Ко всему этому прилагалась особенно примечательная шляпка, напоминающая цветочный горшок, который вполне ожидаемо украшали шелковые хризантемы и крошечные, сделанные из перышек пчелки на проволочках.
Избегая смотреть на шляпку, Алексия поблагодарила миссис Хисселпенни за чай и погнала Айви в карету Вулси.
Вокруг них пробуждались к жизни обитатели ночного Лондона, горели газовые фонари, элегантно одетые пары подзывали кэбы, тут и там разгуливали шумные компании молодых шалопаев. Алексия велела вознице править на Риджент-стрит, и вскоре они прибыли к «Шапю де Попю».
Алексия терялась в догадках, зачем мужу понадобилось, чтобы она посетила этот магазин, а потому поступила, как и всякая хорошо воспитанная молодая леди на ее месте. А именно нацелилась на покупки.
— Ты уверена, что хочешь выбирать со мной шляпки, Алексия? — поинтересовалась Айви, когда они протиснулись через окованную железом дверь в магазин. — Ведь у нас очень разные вкусы на головные уборы.
— От всей души надеюсь, это именно так, — с чувством ответила леди Маккон, неприязненно глядя на усеянный цветочками кошмарный горшок над милым круглым личиком подруги, которое обрамляли блестящие черные локоны.
Магазин оказался именно таким, как предполагала Алексия. Выглядел он очень современно: сплошь легкие, воздушные муслиновые драпировки, стены в персиково-шалфейную полоску и строгих линий мебель бронзового цвета с соответствующими подушками.
— Ну-у-у, — сказала Айви, осматривая интерьер широко распахнутыми глазами, — разве все это не слишком по-французски?
На столах и настенных крючках располагалось некоторое количество шляп, но по большей части они свисали с потолка на тонких золотистых шнурах, болтаясь на разной высоте по всему магазину и чуть покачиваясь, будто некие инопланетные растения. Они были повсюду: вышитые батистовые чепцы с брабантским кружевом, итальянские соломенные шляпки вроде тех, что носят пастушки, шляпы с завязками из фая, бархатные токи, способные посрамить цветочный горшок Айви, и возмутительные капелины с исполинскими полями, наводящие на мысли об уличных музыкантах.
Айви тут же пленилась самым уродливым головным убором из всех: канареечно-желтым фетровым током с отделкой в виде черной смородины, с черной бархатной лентой и парочкой зеленых перьев, которые торчали сбоку, как усики какого-то насекомого.
— Нет, только не эту! — сказал одновременно с Алексией еще кто-то, когда мисс Хисселпенни потянулась, чтобы снять это чудище со стенного крючка.
Рука Айви упала и повисла вдоль туловища, а затем мисс Хисселпенни и леди Маккон повернулись на незнакомый голос и увидели, что из-за портьеры, отгораживающей заднюю комнату, вышла дама весьма примечательной внешности.