Что-о?
— Вечером, пора уже появится дома, — скривился ректор.
Обалдеть, хотя этого стоило ожидать. Будет резонно аккуратно выведать что-нибудь из ее головы, но отпускать Хольда к другой женщине не хочется. Когда все карты вскрыты, то ко мне вернулась ревность. Не успели мы с ним даже поговорить, не то, что наладить отношения, как тут эта ведьма уже забирает моего мужчину. Да, не навсегда, да, это все игра, но колючкам, что образовались в груди, этого не объяснишь.
— А обратно?
— Как закончу, так сразу. Скажу, что дел скопилось, поживу в академии, — махнул он рукой, отпил из бокала и поднялся, — Что ж, раз все, то я пошел.
Вальцельгенты понимающе улыбнулись, а Алларик от этих улыбок только помрачнел. Не повезло, его пара непонятно где, да возможно и не пара, а он должен смотреть на счастливые лица друзей.
Что они все друзья видно не вооруженным глазом. По их обеспокоенным лицам за других, по их похлопываниям по плечу и часто пониманию друг друга без слов.
Может, спустя годы, и мы так же с Ирмой и Солой будем сидеть, молча пропивать чай и нам будет комфортно, как этим троим, что остались на террасе.
Эванс прошел мимо меня в полуметре и не заметил. Волшебная штука, это изобретение принца. Посмотрела, как уходит Хольд на первый этаж и, отправилась в противоположенное крыло, что бы там деактивировать амулет и вернутся к террасе.
Спросила где могу найти Хольда и, тоже получив понимающие улыбки, что смутили меня, пошла в том направлении, куда указали, то есть за ним.
Эванса догнала в саду, он сидел на скамейке и задумчиво смотрел на кусты, точнее в одну точку где-то в том направлении.
— Привет, — я остановилась примерно в метре от него.
Смущение прилило краску к щекам, а самой стало волнительно. Ведь я не видела его толком, после бурного секса. Вроде, чего стесняется после стольких горячих ночей проведенных вместе нечего, но мне очень неудобно перед ним.
Сколько я кривила свое лицо и не скрывала своего неодобрения им в целом и при этом проводила с ним ночи.
Он подскочил, сам взволнованный, ладонями провел по бёдрам, видимо волнуется сильно. Непривычно мне все таки видеть его таким.
— Привет, — пробубнил он и откашлялся, — Привет, — повторил уже нормальным голосом, который сексуальный.
Я сглотнула, а он тут же сощурился и нагло ухмыльнулся. Потом прикрыл глаза, сделал вдох и снова сел.
— Ну, нет, так дело не пойдет, нам надо поговорить, а ты тут стоишь и вкусно пахнет, — мило пробурчал он, а я рассмеялась.
Сама непосредственность, обиженный плюшевый волчонок. Захотелось его потискать сразу.
Да, так точно дело не пойдет, а ему ещё объясняться, что он с бывшей жить несколько дней собрался. Я присела рядом и выжидающе посмотрела на него.
— Что?
— Это ты хотел поговорить, — еле подавила порыв разгладить большим пальцем морщинку между бровей.
Красивый гад, чего не отнять — того не отнять. Особенно сейчас. Короткие волосы растрёпаны, видно, что волновался и ерошил их ладонью, глаза мерцают волнением и нежностью, а сами цепко изучают мое лицо. Губы расслаблены, наконец-то не сжаты в линию, а широкие брови, такие же черные, как волосы, нахмурены. И камзолы ему очень идут.
Он молчал, так что решила заговорит я.
— Ты же теневой, почему ты так свободно ходишь в замке?
— На правах пары подопечной Его Величества, — он лукаво улыбнулся и в глаза заплясали смешинки.
— Но я узнала о тебе позже, чем ты появился здесь.
— Я рассказал императору, что ты моя пара, но пока не знаешь, — подмигнув, объяснил он мне.
Лёгкое и банальное объяснение, но в обычной жизни так бывает чаще всего. Тем более это реально правда.
— Ань, — смешинки пропали, он снова нахмурился и потёр рукой лоб, а потом взял меня за руку, — Мне нужно уехать… пока никто не знает о том, что мне вернули мозги на место, — я оглянулась, но Эванс поспешил меня успокоить, — У меня полог тишины включен. Так вот, пока никто не знает, надо постараться попробовать узнать, что знает сама Алайна… Я бы не уехал ни за что, не будь это так важно…
— Все в порядке, — нихрена не в порядке, но он прав, — Я понимаю, правда. Это очень важно. Только будь осторожен, — я сжала его руку и покусав губу, все же быстро выпалила, — Чем займёмся пока ты не уехал?
Хольд улыбнулся, так искренне и по мальчишески, что я залюбовалась.
— Можно устроить пикник у озера. Я быстро сейчас все организую, ты как, согласна?
Я только покидала и проводила Эванса взглядом.
Вот как одно осознание того, что ты не безразлична человеку может так изменить твое отношение к нему? Наверное, это что-то действительно на уровне истинных пар. То что не понятно и научно не объяснимо, но это остаётся фактом. Мне нравится Эванс, я начинаю в него влюбляться, осознано, сама, без волчицы и магии. Уверенна, не будь в мире истинных, мы бы все равно были бы вместе, рано или поздно. Точно поздно, пока до нас бы дошло, что мы подходим друг другу, прошла бы уйма времени.
Эванс вернулся и мы неспешна пошли к озеру, что был неподалеку. Очень красивое место с голубой, прозрачной водой, где видны все камни на дне и разноцветные рыбы, с деревьями, похожими на наши ивы, но на них помимо листьев ещё есть красные, маленькие цветочки. И пушистой зелёной травой, больше похожей на ковер, она заколдована не расти больше и всегда выглядит очень аккуратно и красиво.
На озере мы сидели на мягком пледе и кушали готовые бутерброды и фрукты. Ужин во дворце мы пропустили пока болтали на все темы, что приходили нам в головы. Я много рассказала о себе и своем детстве, о своем срыве, что послужил началом контроля эмоций, о своем брате и племяннике. Эванс рассказал о том почему оказался в лесу, о родителях, что испугались волка и выкинули его на улицу, побоялись, что он их перегрызет. Господи, какой же бред. Я сочувствовала Эвансу и радовалась за него, когда он обрёл брата в лице императора. Рассказал как подружились с Аллариком, около двадцати лет назад, когда зелёный пацан спас жизнь императору во время очередного прорыва. Вильцельген тогда приезжал с проверкой. Жалко, что одна очень не хорошая особа, цензурных слов просто нет, отняла у него десять лет свободной жизни.
Ближе к ночи мы вернулись во дворец и пили чай в моих покоях. Только уже молча, наслаждаясь обществом друг друга даже сидя на разных креслах напротив.
Я почувствовала, как меня прижимают к себе сильные руки и я взлетаю, уснула, видимо, и Эванс решил меня переложить.
— Не уходи, — прошептала я, когда он аккуратно и очень бережно, как будто я могу рассыпаться, положил меня на кровать и собрался уходить.
Он лег рядом я прямо так, в камзоле, да и я в одежде была, поцеловал меня в висок и притянул под свой бок. Я устроилась к нему спиной, совпав с его телом, как пазлы. То что надо.
Глава 16. Ревность
Наутро Хольда уже не было, он, как и хотел, ушёл ещё ночью. Сейчас он со своей «невестой». Интересно, ему придется целовать ее и обнимать? Если я учую чужой запах на нем расцарапаю ему лицо, найду ее по запаху и перегрызу ей глотку.
Я услышала свое рычание, как будто со стороны.
Да, давно меня так не накрывало, это все животные инстинкты, которые срабатывают быстрее, чем я успею подумать.
А что же чувствует тогда Эванс, если я хожу без метки? Считай, свободная самка. Он, наверное, ещё сильнее все ощущает.
Из-за прекрасного вечера, у меня совсем вылетело из головы обсудить Солу с Эвансом. С принцем говорить о таком я не хочу, император может быть предвзят по отношению к невестве, остался Алларик.
После завтрака, где я старалась отвлечься и участвовать во всех разговорах, я схватила демона под локоть и, под предлогом тренировки, увела в на полигон.
— Ты можешь говорить, Ань, никто не слышит, — лениво зевнул Алл и сощурил глаз от солнца.
— Сола. Я думаю она такая же как Алайна, — на одном дыхании проговорила я, что б не передумать. Потому что мысли, что мне показалось, стали появляться все чаще.