Тьма пришла неожиданно, вместе с грозовой тучей. Воздух обхватил меня, словно тесный и влажный свитер. Из окон почему-то не доносились запахи готовившейся пищи. Как будто люди боялись есть в военное время.
Я шныряла от угла к углу, вспоминая о том, как легко вела меня в темноте Брас. Хорошо бы она была сейчас со мной. То есть для меня хорошо, а для нее — не очень. Но ей повезло — она находилась у короля Бену.
Под покровом ночи все казалось таинственным и опасным.
Я несколько раз натыкалась на группы вооруженных людей, державших факелы или фонари. Но ни у кого из них не было никаких опознавательных знаков.
Как и у меня.
Это спасало меня не раз. В подобной ситуации секундное промедление может сохранить жизнь. Они спрашивали друг друга: «Кто она такая? Может быть, одна из наших?» Иногда я бормотала что-то неразборчивое, иногда просто скрывалась во мраке.
Несколько раз я оказывалась в тупике, там, где дома стояли вплотную друг к другу. Как-то мне попались четверо молодых бандитов. Один из них что-то напевал, а другой пытался изнасиловать какую-то старуху, угрожая ей ножом. И это происходило прямо перед камерами «Прайера».
Я, не задумываясь, проломила череп насильнику, а певцу прострелила ногу. Двое других кинулись бежать, подхватив своих подельников.
Пока я помогала несчастной женщине подняться, «Прайер» снялся с места и полетел прочь. Я выстрелила ему вслед, но без толку.
Жертва была очень старой, она годилась мне в бабушки.
— Как тебя зовут, девушка? — спросила она. Ее глаза светились невероятной благодарностью.
— Перриш. Вы знаете, кто это был?
По ее лицу потекли слезы. Она кивнула и выдавила:
— Я знаю их родителей. Это ребята из нашего квартала. Они напали на меня из-за еды.
Старуха застонала так громко, что у меня застыла кровь в жилах.
— Из-за этой войны все окончательно озверели. Просто не знаю, что творится, — сказала она.
Было ясно: жители окрестных домов все видели, но боялись высунуться на улицу.
— Выйдите, эй, кто-нибудь! — крикнула я. — Старухе нужна помощь и приют!
Наконец в одном из окон блеснул свет, дверь отворилась. На пороге появилась женщина моего возраста, обритая наголо и с татуировками на лице.
— Пожалуйста, приютите ее. — Я подвела к ней старуху.
— Я бы с радостью, — ответила хозяйка, — но у меня дети. А вы такая храбрая…
Я понимающе кивнула.
— Эти «Прайеры» постоянно кружат над головой со своими камерами. Ужас какой-то, — продолжала она.
— Тогда не высовывайтесь, — посоветовала я и отошла в сторону.
Всю оставшуюся дорогу у меня из головы не выходили слова старухи. Может быть, потому, что сама я тоже озверела. Я испытывала возбуждение и в то же время страх.
Как будто под моей кожей жили два разных человека. И им было тесно.
Я невольно поежилась.
Один из них должен был уйти.
Где-то после полуночи я заметила, что очертания домов изменились. Значит, я достигла Торли.
Я продолжала двигаться как можно тише, но все-таки вскоре меня окружила толпа каких-то типов, размахивавших фонарями. Я выставила перед собой «Ремингтон».
Было ясно, что одной обоймы на всех не хватит. К тому же у них тоже кое-что имелось при себе.
— Ну, кто у нас тут появился? — спросила коренастая мулатка, посветив мне в лицо.
— Никто. Мои дела вас не касаются. — Я решила сначала поговорить.
— Я тебя где-то видела, — сказала мулатка и, пошептавшись с кем-то, произнесла: — Ты девка Мондо.
Она шагнула ко мне и, недобро улыбнувшись, добавила:
— А может быть, кое-кто похуже.
— Ошибаешься, — ответила я.
— Кажется, он назначил за тебя награду?
— И снова ошибаешься!
Трое приблизились ко мне. Справиться с ними было совсем просто. Я повела стволом «Ремингтона», и нападавшие повалились наземь. Но сражаться легко лишь на свету. Обернувшись, я заметила еще несколько человек. Пришлось нырнуть вниз, ссадив колени о парапет.
Противников было не меньше десяти. Один лишь Вомбат знал, сколько их скрывалось в тени.
Мулатка вцепилась в меня и плюнула мне в лицо.
Я попыталась оттолкнуть ее, но кто-то схватил меня за руки. Я повалилась лицом на землю.
Меня подтащили к старому гидранту.
— Раздеть ее! — приказала мулатка.
Чьи-то жадные руки начали шарить по моему костюму. Стало ясно, что со мной может случиться то, что я уже видела сегодня. Меня попытаются убить, а может быть, и сделать что-нибудь гораздо худшее. Или отвести к Джеймону за вознаграждение.