Но есть у нас одно исключение. Император и его дети. А именно я! Так как я наследник то мной командовать не дозволяется никому! Она уже и так сократила мое имя, а теперь еще и это. У меня вообще такое чувство, что я как-то размяк рядом с ней.
- Человечка, ты сейчас уверена в своих словах? - Спросил я, наклонив голову в другую сторону.
- Тим, я уверена! Я спасла тебе жизнь не для того, чтоб потом ты наплевательски относился к своему здоровью! - Повысив голос ответила она. А я улыбнулся. Она сейчас была такая смешная. Ведь ясно же, что переживает из-за меня не потому, что спасла. У нее есть чувства. И это так умиляло. Я даже решил забить на принципы и правила. Все же я не у себя на Хориксе. Да и сам, кажется, к ней что-то чувствую.
- Что не отпустишь меня? - Уже с усмешкой уточнил я. На самом деле я понял, что она права. Просто не могу сидеть на месте пока тело Эйлиноры где-то на дне моря. Да и работа всегда была для меня на первом месте. А тут такая лажа с оборудованием.
- Да! Пока ты не выздоровел до конца я за тебя отвечаю! - Остановившись передо мной ответила Лика и сложив руки в замок сурово уставилась на меня.
А я, запихнув очередной кусочек яичницы в рот стал тщательно его пережевывать, не обращая внимания на девушку.
Какое-то время она еще так постояла у меня над душой. Но потом просто вернулась на свое место. А я продолжал есть, едва сдерживая улыбку. Отец бы меня по головке не погладил за то, что я позволяю так с собой разговаривать человеческой женщине. Я и сам этому не рад. Но не могу на нее злиться. Учитывая, что у нее жизнь была далеко не сахар. Как она вообще с такой проблемой в психушку не попала?
Еще и учиться умудрялась отлично! Даже превосходно. Если брать в расчет победы на различных олимпиадах. С ней бы поработать. Глядишь станет как неонка. Кстати, это хорошая идея!
- Лика, а покажешь мне свои грамоты за победы в олимпиадах? - Попросил я. Просто не знал, как начать разговор на эту тему иначе.
- Откуда ты?.. Ах да! Точно! В голове когда рылся увидел да? - Съязвила она. Кажется, злилась на меня.
- Ну так покажешь? - Переспросил я, не обращая внимание на этот выпад.
- Зачем?
- Есть одна мысль. Но вначале хочу посмотреть сколько их.
- Хорошо. Сейчас доедим и я принесу, - согласилась девушка.
После завтрака мы перебрались в гостиную и Лика притащила откуда-то сверху большую пыльную коробку. Я даже с места поднялся заметив, как девушка тащит такую тяжесть. Хотел поднести помочь. Но она не дала.
Грамот и медалей за различные конкурсы у нее и правда было очень много. Но все они почему-то пылились в коробке.
- Ого! Я даже не ожидал, что их на столько много! Только не понятно почему они все в коробке!
- Не перед кем было хвастаться, - сухо ответила девушка. А я заметил, как она резко погрустнела.
Да, я помню про ее маму. Женщина оказалась очень слабой по духу. То, что случилось с ее старшей дочерью сломило ее, а потом еще и добавились людские обвинения в том, что она сама привела чужого мужика в дом. Что это ее вина. Вот женщина и не справилась с эмоциями.
А если бы она была умнее, как неонка, то такого бы точно не случилось.
- Не грусти. Все самое страшное в твоей жизни уже произошло. «Дальше будет только хорошее», —сказал я ей и аккуратно заправил прядь волос Лике за ухо, которая спустилась на ее лицо, когда она опустила голову. Лика вдруг расплакалась и повисла на моей шее. Я уже, кажется, привык к тому, что мы стали часто обниматься и даже целоваться. Наверное, еще немного и я покажу ей отличаюсь ли я от мужчин людей там внизу или нет. Скорей всего я бы так и сделал уже сегодня. Но пока копался в ее голове узнал одну вещь, которая сейчас меня останавливает. У нее не было мужчины еще никогда. Из-за ее страха. Поэтому секс будет только если она сама попросит. Хотя мне ее сейчас страх как хочется.
Я погладил Лику по спине утешая. Конечно, мог бы просто подавить эти эмоции в ней. Но это было бы жестоко. Память о матери должна быть эмоциональной. Иногда нужно поплакать в таких случаях. Слезы не всегда просто вода.
Со мной все проще. Моя мать умерла, когда рожала меня. Я ее никогда не видел. Поэтому даже не грущу по ней. Не был привязан. Я плакал только тогда, когда мои сверстники хвастались чем-то, что им делала мама. Лишь потому, что хотел такой же заботы. Но у меня был всегда только папа. И тот редко появлялся дома. А я рос среди нянек и охраны.